Истории от разных полушарий мозга. Жизнь в нейронауке

Я принялся ездить по Дейвису на машине, чтобы изучить город, найти дом и площадку для центра. Однажды я заметил каркас здания, выставленный на продажу в научно-исследовательском парке. Строение было симпатичным, цена – около трех миллионов долларов. Заглянув во все окна, я отыскал телефон и позвонил Бобу Грею. К тому времени он был уже проректором. Я сказал ему: “Боб, я нашел здание в научно-исследовательском парке за три миллиона. Сможете купить его?” Он попросил меня немного подождать, а затем вернулся: “Да, сможем; вышли мне необходимую информацию”. Так вот оно и случилось. У центра теперь был дом, но нам предстояло еще дождаться, пока его отделают внутри, и ждать предстояло долго, поскольку вовлечена была и городская инспекция, и инспекция университета. Где же нам пока работать?

Я поколесил еще немного и нашел другое здание, практически через улицу от нового центра. Его можно было арендовать и сразу въезжать, пространства там было много. Еще один звонок Грею – и еще одно “да”. Новую группу можно будет разместить в пустом здании в научно-исследовательском парке, лишь условно связанном с университетом. Не слишком уютная обстановка для научной работы. А это было устремленное вверх бетонное здание, окруженное парковкой. Однако мы смогли бы сплоченно работать.

Еще стоял вопрос о переезде нашей семьи. Как нам купить новый дом, когда старый еще не продан? Шел 1992 год, цены на недвижимость падали, а когда они падают, то сразу везде. Хорошая сделка в Дейвисе означала плохую в Вермонте! Поскольку наш красивый новый дом никто пока не купил, у нас не оставалось другого выбора, кроме как сдавать его. Экая неприятность!

Я сидел на каком-то собрании в Национальных институтах здравоохранения, читая New York Times в задних рядах. Несколькими годами ранее мой друг Гэри Линч основал компанию под названием Cortex. Как-то во время одной из наших небольших конференций в Венеции мы отдыхали поздним вечером на площади Святого Марка, когда Гэри рассказал мне о своей новой компании. Как бы между прочим он предложил мне стать членом правления. Чтобы поддержать его, я согласился, купил 25 тысяч акций на общую сумму в 25 долларов и вскоре забыл об этом. Просматривая тем утром полосу газеты, посвященную бизнесу, я обнаружил, что Cortex только что получила крупный контракт на 14 миллионов долларов. Я проверил биржевые индексы и увидел, что акции компании продаются баксов по пять каждая! Выскочив в коридор, я позвонил в компанию и спросил финансового менеджера, могу ли продать свои акции. Я подозревал, что могут быть какие-то ограничения в связи с тем, что я был членом правления. Менеджер ответил, что раз я больше не член правления и прошло уже три года, то я могу продать свои акции. Положив трубку, я позвонил своему брокеру и велел все продать. Так он и сделал. Через несколько дней пришел чек на сумму в 100 тысяч долларов. Вот теперь мы могли купить дом в Дейвисе. Случайная удача играет в жизни большую роль, и я до сих пор угощаю Гэри ужином, когда нам удается встретиться.

На самом деле Дейвис – это что-то вроде грядки с помидорами, плоского куска сельскохозяйственной земли с фабрикой по производству томатного соуса в придачу. Летом там чрезвычайно жарко, однако по ночам удивительно приятно, так как прохладный воздух поднимается по дельте реки Сакраменто. Своим появлением город обязан сельскому хозяйству, а местный Калифорнийский университет был исследовательским центром для всей калифорнийской сельскохозяйственной индустрии. Сельскому хозяйству нужны удобрения, а поставщики удобрений строят прекрасные дома. На деньги Гэри мы купили потрясающий дом, оформленный в юго-западном стиле, с панорамными окнами, выходящими на огромный бассейн, окруженный пальмами и изгородями из розового олеандра. Перед домом был сад из кактусовых. Он выглядел прямо-таки по-средиземноморски. В целом новый дом представлял собой полную противоположность тому, что был у нас в Вермонте, и обладал ценным преимуществом – бассейном. Наши дети почти сразу забыли о Вермонте, хотя и уезжали оттуда в довольно сентиментальном настроении.

Тридцать три миллиона человек ошибаться не могут. Калифорния, как ни крути, совершенно особенное место. В сорока минутах к западу от Дейвиса располагаются виноградники и рестораны долины Напа. В часе езды на юг – Сан-Франциско, а в ста минутах к северо-востоку – озеро Тахо. Вскоре мы буквально заболели этим озером, так что даже прикупили себе небольшой домик неподалеку. Разумеется, с лыжным спортом в этих местах дела обстояли замечательно, а уж летний сезон на Тахо был просто грандиозен. Еще в Дейвисе было нечто такое, чего очень не хватало техасской душе Шарлотты: необъятное небо. В общем, Дейвис оказался волшебным местом для жизни.