История Египта c древнейших времен до персидского завоевания

После краткого царствования Камоса Яхмос I, быть может, его сын, первый царь манефоновской XVIII династии, стал около 1580 г. до н. э. во главе фиванского дома и освободил Египет от его чужеземных поработителей. Секененра III уже заручился дружбой могущественных князей Эль-Каба, и с помощью богатых даров и щедрых знаков отличия Яхмос I сохранил за собой ценную поддержку этих князей как против гиксосов, так и против упорных местных царьков по верхнему течению реки, постоянно угрожавших ему с тыла. Яхмос, таким образом, воспользовался Эль-Кабом как заграждением против нападения египетских соперников на юге от этого города. До нас не дошло ни одного документа, относящегося к первому периоду войны с гиксосами, также не сохранилось ни одной царской летописи Яхмоса, но один из его союзников, Яхмос, сын Эбаны (имя его матери), чей отец Баба служил при Секененра III, к счастью, оставил отчет о собственной военной карьере на стенах своей гробницы в Эль-Кабе. Он так повествует о своей службе при Яхмосе в Фивах: «Я провел свою юность в городе Нехебте (Эль-Кабе). Мой отец был офицером царя Верхнего и Нижнего Египта Секененра, победоносного Баба, сын Ройенет было его имя. Затем молодым неженатым человеком я служил как офицер вместо него на судне „Приношение“ в дни царя Яхмоса, победоносного… Затем, когда я обзавелся домом, я был переведен на северный флот за мою храбрость». Следовательно, его взяли из Эль-Каба и отправили служить на север против гиксосов. Сначала, невзирая на то что он был морским офицером, он был назначен в пехоту и прикомандирован к царю. Его биография гласит далее: «Я следовал за царем пешком, когда он ездил в чужие края на своей колеснице. Они (то есть царь) осадили город Аварис; я выказал храбрость, будучи пехотинцем, перед его величеством; после того я был назначен на корабль „Сияющий в Мемфисе“. Они (царь) сражались на воде на аварском канале Паджедку. Затем я бился врукопашную; я вернулся с рукой (отсеченной как трофей). Об этом было сообщено царскому глашатаю. Они (царь) пожаловали мне золото храбрости (украшение). Снова происходило сражение на том месте; я вновь бился там врукопашную; я вернулся назад с рукой. Они (царь) вторично пожаловали мне золото храбрости». В это время осада Авариса была прервана вследствие восстания одного из местных царьков выше Эль-Каба, которое царь счел настолько серьезным, что лично отправился подавлять его на юг, взяв с собой Яхмоса, сына Эбаны. Последний так описывает в кратких словах это событие: «Они (царь) сражались в Египте, на юге от этого города (Эль-Каба); я увел живого пленника – мужчину, я сошел в воду, и вот он был приведен как добыча на дороге к этому городу, (хотя) я и переправился с ним через воду. Об этом было возвещено царскому глашатаю. Тогда Они пожаловали мне золото в двойном размере». Усмирив в достаточной мере своих южных противников, Яхмос, очевидно, возобновил осаду Авариса, ибо тут наш морской офицер внезапно сообщает о его взятии: «Они (царь) взяли Аварис; я захватил там мужчину и трех женщин, всего четыре головы. Его величество отдал мне их в рабство». Таким образом, город пал во время четвертого приступа, считая со времени прибытия Яхмоса, сына Эбаны. Но совершенно неизвестно, сколько приступов было сделано до того, как Яхмос, сын Эбаны, был переведен на север; осада, по-видимому, продолжалась много лет и была прервана восстанием в Верхнем Египте. Наш морской офицер не сообщает, кто были защитники Авариса, и лишнее говорить это ввиду того, что мы знаем из Манефона и народной сказки. Равным образом, несколько далее в своем рассказе он забывает сообщить, кто были его противники в следующей схватке; ясно, что то были не кто иные, как гиксосы, бежавшие в Азию после своего изгнания из Авариса. Описывая дальнейшие события, наш автобиограф говорит: «Они (царь) осаждали Шарухен три года, и его величество взял его. Я захватил там двух женщин и одну руку. Они пожаловали мне золото доблести, не считая того, что отдали мне пленных в рабство». Это первая столь продолжительная осада, известная в истории, и она является красноречивым свидетельством упорности сопротивления гиксосов и настойчивости, с какой царь Яхмос вытеснял их из крепости, находившейся в такой опасной близости от египетской границы. Шарухен находился, вероятно, в Южной Иудее, откуда гиксосы легко могли вновь вторгнуться в Дельту. Но Яхмос не удовольствовался тем, что изгнал их из Шарухена. Мы находим другого члена элькабской фамилии, по имени Яхмос-пен-Нехебт, сражающегося под начальством царя Яхмоса I в Джахи, то есть Финикии и Сирии; отсюда очевидно, что Яхмос преследовал гиксосов к северу от Шарухена и оттеснил их, по меньшей мере, на безопасное расстояние от границы Дельты. В 24-м году своего царствования царь еще употреблял при строительных работах волов, захваченных им у азиатов, так что этот или другой поход его в Азию должен был продолжаться приблизительно до этого времени. Вернувшись в Египет, на этот раз совершенно свободным от всякого страха перед его бывшими владыками, он посвятил внимание восстановлению египетских владений в Нубии.