История моей страны. Восемь удивительных рассказов о политике реформ и открытости

Слушая Гуань Канжэня, я никак не мог представить, как же ему удалось сделать машинку в домашних условиях. Это в производственном цехе есть пресс-формы и специальные инструменты. А дома — какое оборудование? Мне вспомнилась машинка для починки обуви, которую я повсюду видел на улицах Пекина в начале 1980-х годов. Мне казалось, что это весьма сложный механизм, и поэтому задал вопрос Гуань Канжэню: можно ли обойтись без заводских приспособлений при изготовлении?

— Можно. Разве вы не слышали, что первый автомобиль тоже был сделан вручную? Машинка для ремонта обуви проще. — Чувствовалось, что Гуань Канжэнь гордится своим мастерством. — Мне нравится возиться с механизмами, особенно создавать швейные машины, и сложность меня не пугает. Но меня не интересуют современные компьютеризированные агрегаты, мне не нравится ни один из них.

Я понял, что он говорит о таких модернизированных предприятиях по производству швейных машин, как «Фэйюэ». Видно, что Гуань Канжэнь — индивидуалист.

— А потом вы начали делать и продавать эти машинки для ремонта обуви?

— Да. В то время моя семья здорово нуждалась в деньгах. А чтобы сделать машинку для починки обуви, нужно было идти на рынок в Луцяои и покупать железо, то есть тратить деньги. Для меня было крупным событием, когда я продал первые три штуки: одну — здесь местному сапожнику, а две — в городском уезде Вэньли.

— И за сколько ты продал каждую?

— Триста-четыреста юаней!

— Что-то заработал?

— Заработал. В среднем с одной штуки получил чуть больше двухсот юаней! В то время эти суммы были равнозначны годовому доходу двух-трех рабочих от сельхозработ, что весьма впечатляет! — снова улыбнулся Гуань Канжэнь.

— Что было потом?

— А потом был кошмар! — Лицо старика помрачнело. — Кто-то узнал о моих продажах, донес начальству большой производственной бригады и руководителям коммуны. Мне было сказано, что я подрываю установку «Учитесь сельскому хозяйству у Дачжая».

— Какая же тут связь?! — Эти слова показались мне абсурдными, хотя… Какие времена, такие и нравы!

Гуань Канжэнь сказал, что в те годы тайное производство машинок для починки обуви считалось проявлением капитализма. Продажа техники — это поощрение тех, кто недоволен сельскохозяйственным производством и кто уходит из деревни, чтобы заняться побочным промыслом. Тем самым они рушат установку «Учитесь сельскому хозяйству у Дачжая»! Кадровые работники оштрафовали Гуань Канжэня на 1200 юаней за то, что на стороне ему удалось что-то заработать. Другой бы махнул рукой и перестал заниматься тем, за что пострадал, но Гуань Канжэнь чувствовал, что надо продолжить свое дело. Сделать машинку для ремонта обуви было нелегко, но желающих ее приобрести было много. Дать же возможность землякам облегчить ручной труд в любом случае было великой добродетелью! Гуань Канжэнь — человек упрямый: решил, что если ему не позволят продавать свои изделия в Шуйцантоу, то он будет торговать в Сячэне и Хуанъяне или вообще отправится на рынок в городской уезд Вэньлин…

— Жители Вэньлина были достаточно раскрепощенными, не боялись рисковать, и я продавал свои машинки в деревне Муюй городского уезда Вэньлин, — сказал Гуань Канжэнь.

— И как, не был снова замечен?

— Я сменил тактику. Заниматься дома изготовлением было нельзя: закрыть дверь и снова стучать означало привлечь к себе внимание. Я договорился с партнерами из деревни Муюй. Дал им чертежи, они стали делать машинки в своей деревне и сами их продавали. С каждой штуки они отдавали мне 150 юаней. Закончив разработку очередной модели машинки, я снова обучал их технологии, и так на протяжении нескольких лет они постепенно подняли производство.

Сегодня Муюй — известный центр обувной промышленности благодаря тому фундаменту, что тогда заложили Гуань Канжэнь и его партнеры. Потом в разных частях Чжэцзяна появились тысячи сапожников, которые работали по всей стране благодаря обувной машинке в руках. Не стоит недооценивать эту машинку: это были первые большие деньги для жителей Чжэцзяна.

Значимость машинки необыкновенна. Теперь говорят, что жители Чжэцзяна и Вэньчжоу раньше других занялись предпринимательством и делали это хорошо. Да, чжэцзянцы раньше других начали ездить по стране с машинкой для ремонта обуви и раньше многих узнали, что такое рынок. А что называется рынком? Когда сапожники приходили куда-нибудь чинить обувь, то узнавали, чего не хватает в этой местности. Узнав, хорошенько всё обдумывали и начинали заниматься поставками недостающих вещей. Кроме того, что ремонтировали обувь, они еще и поставляли товары: то, чего не было на севере, привозили с юга, а товары, которых не хватало на юге, доставляли с севера. Земляки, разъезжавшие с сапожным бизнесом по всей стране, знали друг друга и были на связи. Один звонок, одно письмо — и товар уже едет в нужное место. Так была создана торговая сеть, и постепенно произошел переход от ремонта обуви к торговле и созданию предприятий. Следует сразу сказать, что пионерами в организации такой сети были жители Тайчжоу, бизнес которых начался с починки обуви.