История петербургских особняков. Дома и люди

Со временем он сделался тесноват, и в 1851 году внимательное к нуждам гвардии начальство решило построить два особых здания в самом начале Литейного проспекта, по обеим его сторонам. Одно предназначалось для пешей артиллерии (о нем-то мы и будем говорить), а другое – для конной. Одновременно Воскресенский наплавной мост через Неву, называвшийся так потому, что находился напротив одноименного проспекта (ныне проспект Чернышевского), перенесли ниже по течению, к Литейному, а чтобы сделать его сквозным, понадобилось разобрать старинный Литейный двор, загораживавший въезд на мост.

Автором проектов обоих домов был архитектор А. П. Гемилиан (1811–1881), построивший немало зданий в столице, человек трагической судьбы. Семейная легенда гласит, что его отца, графа де Трессана, во времена французской революции преданная кормилица тайком вывезла в Англию под вымышленной фамилией Гемилиан. Позднее неведомыми путями он очутился в России, женился на остзейской немке и в 1810 году принял русское подданство.

Дом № 2 по набережной Кутузова. Современное фото

Через год у них родился сын Александр. Получив домашнее образование, мальчик собирался поступить в специальный класс Института инженеров путей сообщения, но не был принят по причине слабого здоровья. Тогда он определился учеником к одному малоизвестному зодчему и начал посещать архитектурные классы Академии художеств. Настоящим же своим учителем Гемилиан считал В. П. Стасова.

В 1834 году Александр Петрович получил малую серебряную медаль и звание вольного художника, после чего началась его практическая деятельность. Он строит множество частных домов, большинство из которых впоследствии изменят свой облик. 13 марта 1837 года А. П. Гемилиана принимают на казенную службу: он становится архитектором арсенала. До сих пор в начале улицы Комсомола можно видеть спроектированные им здания, которым присвоен статус памятников архитектуры.

В 1845 году Гемилиан удостаивается звания академика архитектуры. Среди наиболее известных его построек того времени, помимо арсенала, – казачьи казармы на Обводном канале и бывшая Знаменская гостиница графа Я. И. Эссен-Стенбок-Фермора на площади перед Московским вокзалом. Она-то и сыграла в жизни зодчего роковую роль…

На свою беду, Александр Петрович, поставивший подпись на проектном чертеже и поглощенный другими обязанностями, не наблюдал за тем, как велось строительство, за что и поплатился. Граф, человек откровенно авантюристической складки, пустился в рискованное предприятие, не имея достаточных средств, в надежде на банковскую ссуду под незаконченное здание.

По каким-то причинам получить ее не удалось, и тогда он, в отсутствие архитектора, велел строить третий этаж из дешевых, недоброкачественных материалов. В апреле 1853 года произошел обвал; ни в чем не повинный Гемилиан был на два месяца посажен на гауптвахту, а затем уволен со службы с запрещением в течение нескольких лет заниматься частными постройками. Этот случай стал для него страшным ударом, от которого он так и не смог оправиться.

О том, как сложилась дальнейшая судьба А. П. Гемилиана, мы узнаём из опубликованного в «Неделе строителя» некролога: «Влача с тех пор жизнь под влиянием постигшего его горя, покойный постепенно подвергался психическому расстройству, приведшему его в состояние полнейшей апатии. Между тем средства к жизни, и без того ограниченные, постепенно сокращались при многочисленном семействе, и он скончался в более чем скромной обстановке».

Но все это случилось позднее, а в начале 1850-х, когда возводился дом для артиллерийской бригады, архитектор находился на вершине успеха и популярности; недаром именно к нему обратился граф Стенбок-Фермор, так жестоко сломавший его жизнь.

Место, где и поныне стоит недавно отремонтированное, а потому особенно нарядное здание с фасадами во вкусе итальянского Возрождения, в 1790-х занимал небольшой, но тщательно ухоженный сад упоминавшегося мной протоиерея Самборского, о доме которого пришел черед поговорить.

При всех властях стоял…(Дом № 4 по набережной Кутузова)

Тот, кто впервые попадет на набережную Кутузова, вероятно, обратит внимание на здание, расположенное на углу Кричевского, бывшего Самбурского, переулка. Его наружный вид, хотя и пострадавший от пожара, изменился все же в меньшей степени, чем внутренний, и фасады по-прежнему блещут богатством эклектического декора. Об остальном можно лишь догадываться: интерьеры бывшего графского особняка, долгое время занимаемого Домом писателей, почти полностью погибли от огня.

Невольно вспоминаются слова камергера Митрича из «Золотого теленка»: «При всех властях стоял. Хороший был дом. А при советской сгорел». Справедливости ради отметим, что дом на набережной сгорел не при советской власти, а уже при нынешней…