История пилота гражданской авиации. От взлёта до посадки

Агей Александрович первым посадил в кабину старшину группы Валеру Слепицына. Моя очередь была второй. Инструктор и курсант заняли свои места в кабинах самолета, авиатехник закрыл фонарь передней кабины, а фонарь задней закрыл изнутри летчик сам. Валера запустил двигатель и через несколько минут самолет начал движение по рулежной дорожке к началу взлетно-посадочной полосы (ВПП). Мы, остальные, стояли чуть в стороне и за всем происходящем наблюдали, затаив дыхание, ведь то, чего мы столько времени ждали, началось! А счастливчик Валера уже давал взлетный режим двигателю и начинал разбег для взлета. И вот самолет в воздухе. Красиво оторвавшись от земли, самолет уверенно набирал высоту. Мы знали, что на этом участке полета самолетом управляет инструктор. Немного «порулить» он должен был дать Валере в пилотажной зоне. Вот самолет скрылся из вида, и нам предстояло ждать минут 40. Взлетали и другие самолеты с экипажами других летных групп. Когда мимо нас проруливал очередной самолет, мы узнавали в кабине курсанта и махали ему руками. Курсант в это время был в сильнейшем напряжении, и ему было не до нас. Но мы все равно махали. Шло время, стали возвращаться самолеты, вылетевшие первыми. Вот мы увидели и наш – на борту каждого есть свой номер. Вот он зарулил на стоянку, инструктор открыл фонарь, отстегнулся и вылез из кабины. Авиатехник открыл фонарь передней кабины, и Валера тоже покинул самолет. Он подошел к Агею Александровичу для получения замечаний. Видно было, что инструктор курсантом остался доволен. В это время один из нас занимался заправкой самолета керосином, а я ждал, когда меня подзовет к себе инструктор. Вот он отпустил Валеру и позвал меня.

МОЙ ПЕРВЫЙ В ЖИЗНИ ПОЛЕТ.

До этого дня я вообще никогда не летал на самолетах, никогда. Поэтому, предстоящий полет был для меня особенным вдвойне. Конечно, я волновался. Я не имел ни малейшего представления о состоянии человека, летящего в самолете. И эта неизвестность немного пугала. Ни то, что я могу разбиться, нет, а то, что я могу оказаться совсем непригодным для летания.

И вот инструктор дал команду садиться в самолет и сам занял заднюю кабину. Я пристегнулся, авиатехник отошел от самолета вперед на несколько метров. Агей Александрович запросил по радио разрешение на запуск двигателя. Непривычно было слышать радиообмен через наушники шлемофона. Получив разрешение от руководителя полетов, он дал мне команду запускать двигатель. Поскольку запуск мы отрепетировали на тренажере, сложности у меня это не вызвало. После запуска, авиатехник опустил фонарь моей кабины и проверил как я загерметизировал ее. После получения разрешения выруливать, я дал жестами команду технику убрать колодки перед колесами и, после ее выполнения, поднял руку для запроса руления у техника. Он вытянул руку в направление движения самолета. Значит можно рулить. Руление начал инструктор. На этом самолете развороты и выдерживание направления производится с помощью подтормаживания правых или левых колес шасси. Чтобы притормозить левые колеса и повернуть влево, нужно левую педаль отклонить и нажать на тормозную гашетку на ручке управления самолетом. И чем интенсивней нужно повернуть, тем больше нужно выдвинуть педаль и сильнее зажать гашетку. При выдерживании направления при рулении по прямой, эти манипуляции незначительные. Через некоторое время инструктор дал мне команду взять управление и самому продолжить руление. Самолет начал рыскать то вправо, то влево и дергаться от моих неумелых действий. Через минуту я уже вспотел. Причем, Агей Александрович все время что-то говорил, комментировал, подсказывал. С горем пополам, дорулил я до ВПП и после разрешения занял ее. Инструктор предупредил меня, чтобы я мягко держался за управление, а взлетать будет он сам. В полете у летчика заняты все конечности – левая рука на секторе газа, правая на ручке управления самолетом, а ноги на педалях, ими в воздухе отклоняется руль направления, который находится на киле самолета.