История религий. Том 2

Халифат столкнулся с рядом военно-политических противников, с которыми ему пришлось вести вооруженную завоевательную борьбу. Для идеологических условий этой борьбы имеет серьезное значение вопрос о том, какую позицию ранний ислам занимал в отношении других современных ему религий и их приверженцев.

И Коран, и Сунна различают две основные категории немусульман. С одной стороны, это «идолопоклонники», «многобожники», окончательно заблудшие и погибшие, если не перейдут в истинную веру. С другой стороны, «люди Писания» — иудеи и христиане, почитающие Библию, в какой-то мере заблуждающиеся, но все же близкие к истине; они получили свое Писание от бога, но не сумели правильно им воспользоваться. К первой категории Коран относится непримиримо-враждебно, он рекомендует их просто истреблять и оставлять в живых только при том условии, если они обратятся в ислам. «…Убивайте их, где встретите, и изгоняйте их оттуда, откуда они изгнали вас… убивайте их, таково воздаяние неверным» (11, 187). И верующий не должен считать себя виновным в убийстве, поскольку дело касается войны во имя ислама. Именно на непримиримой вражде к «многобожникам» и основано учение ислама о джихаде — священной войне во имя Аллаха.

Что касается «людей Писания», то при общем более миролюбивом отношении к ним оно все же в достаточной мере противоречиво. В одних сурах Корана об иудеях и христианах говорится довольно дружественно, в других — неприязненно. В большинстве случаев взаимно противоречащие высказывания по рассматриваемому вопросу относятся к различным периодам истории раннего ислама, но в логическом плане они, будучи собраны вместе, представляют собой изрядную разноголосицу. Для практической политики исламских руководителей это обстоятельство создает известные выгоды, ибо позволяет в зависимости от конкретных условий момента использовать то или другое решение вопроса, прямо противоположное первому.

Проповедь джихада занимала важное место в вероучении раннего ислама. И в Коране, и в Сунне большое количество текстов говорит о величии и богоугодности участия в священной войне за веру. В ходе самих этих войн их участники-мусульмане быстро входили во вкус тех материальных выгод, которые им приносили победы. Ограбление побеждаемых народов постепенно все больше оказывалось главной, если не единственной целью джихада. Но само собой разумеется, благочестивая мотивировка соответствующих войн усиливала воинский дух их участников. К тому же и сама религиозная идеология включала в себя признание правомерности захватнических целей джихада. Так, в Коране имеется сура под выразительным заглавием «Добыча» (8) с указанием насчет дележа захваченного имущества. Прежде всего в ней подчеркивается благочестивый характер самого дележа: «Они спрашивают тебя о добыче: «Добыча принадлежит Аллаху и посланнику»» (1). Это не значит, что вся она должна передаваться духовенству. Принцип дележа, в общем довольно туманный, гласит так: «Если вы взяли что-либо в добычу, то Аллаху — пятая часть, и посланнику, и родственникам, и сиротам, и бедным, и путнику…» (42). Значит ли это, что себе участники джихада ничего не должны оставлять из добычи? Нет, говорит им Коран: «Ешьте же то, что вы взяли в добычу дозволенным, благим…» (70). Похоже на то, что пятая часть добычи шла духовенству, остальное доставалось самому воину, который мог уделять известную долю «сиротам и бедным», если он считал это нужным.

Халифат столкнулся с двумя серьезными противниками: с Византийской империей и с Иранским царством Сасанидов. Удача была на стороне молодого государства арабов. Уже в 30-х годах и Византии, и Ирану были нанесены сокрушительные поражения.

Пала столица сасанидского Ирана Ктесифон, а потом была покорена вся страна. В 639 г. начался поход в Египет, завершившийся полным его завоеванием, после чего осуществлялось продвижение на запад вдоль южного побережья Средиземного моря. К моменту воцарения Омейядов халифат распространил свои владения также на восток, завоевав помимо всей территории Ирана вплоть до Мервского оазиса и Закавказье. Омейяды после некоторого перерыва, вызванного внутренней борьбой в самом халифате, продолжали политику завоеваний. Была захвачена вся Северная Африка вплоть до берегов Атлантического океана⁶⁷. Оттуда в 711 г. была совершена переправа через Гибралтар, и меньше чем через три года почти весь Пиренейский полуостров оказался в руках арабов; только в попытках дальнейшего продвижения по материку на север они потерпели поражение в битве под Пуатье 732 г. и вынуждены были остановиться.