История Советского Союза. 1917-1991

Программа действий содержала несколько политических предложений, вокруг которых позднее развернулись дискуссии. Документ рекомендовал последовательно проводить в жизнь принципы “социалистической законности” и обеспечить гарантии против беззаконий и чрезмерной концентрации власти. С этой целью следовало предоставить народу право объединяться в группы и свободно выражать свое мнение. Специально рассматривался вопрос о возрождении “Народного фронта” (“фиктивная коалиция” 1948 г.), где каждая из входящих в него партий получила бы относительную автономию. Каким образом это могло сочетаться с “руководящей ролью партии”, которая провозглашалась в той же программе, нигде не объяснялось. Цензуру предполагалось уничтожить, а для науки, культуры и образования создать такие условия, в которых они действительно могли бы процветать. Это было необходимо и для развития экономики, и для обеспечения основных человеческих потребностей.

Весной 1968 г. возникло несколько преследовавших политические цели “общественных групп” — чтобы поупражняться в обещанных свободах. Официальное коммунистическое молодежное движение отчасти лишилось поддержки в университетах. Причиной этого стал массовый исход его членов в независимый Союз студентов университетов, возникший на базе философского факультета Пражского университета. Этот союз опубликовал собственную Программу действий. Она основывалась на Декларации прав человека ООН. Был также создан так называемый “Клуб К-231”, объединивший бывших политических заключенных (свое название он получил от статьи уголовного кодекса, по которой они были осуждены). Их основным требованием было упрочение “социалистической законности”, для чего следовало провести полное расследование всех преступлений, совершенных при Сталине. КАН, или Клуб независимых политиков, объявил, что выдвинет своих кандидатов на следующих выборах в Национальную ассамблею. Он также заявил о начале воссоздания независимой Социал-демократической партии (в 1948 года она принудительно вошла в состав Коммунистической партии).

Самым замечательным из всех независимых политических заявлений было “2000 слов” писателя Людвика Вакулика, опубликованное в июне 1968 г. Он предостерегал, что партия пока только обещает. Если народ хочет, чтобы дело было сделано, ему не следует просто ждать, когда верхи начнут действовать; надо взять дело в свои руки: “Это просто: собираются несколько человек, избирают председателя, ведут протокол, публикуют свои выводы, требуют их выполнения и не дают себя запугать”. Это было дословное повторение классических аргументов Эдмунда Барка в пользу существования политических партий.

Безусловно, эта бурная политическая жизнь породила в Москве все усиливающиеся опасения. Они тем более должны были усилиться после того, как 10 августа 1968 г. Чехословацкая коммунистическая партия опубликовала проект своего нового устава, из коего следовало, что партия даже готова уступить и демократизировать свою внутреннюю структуру. Партийные работники должны избираться тайным голосованием. Они не могли занимать должности более восьми или — в исключительных случаях — двенадцати лет. Это должно было подорвать саму основу номенклатурной системы. Более того, новый устав изменял основным принципам ленинской резолюции 1921 г. “О единстве партии”: он разрешал группам внутри партии излагать и публиковать свои взгляды, взгляды меньшинства, даже тогда, когда большинство принимало направленное против них решение. Ни Хрущев, ни даже Тито никогда не пошли бы на такое ослабление дисциплины. Не только государство, но и сама партия должна стать федеративной, так что чехи и словаки получали равные права.

В отличие от Надя в 1956 г., Дубчек утверждал, что Чехословакия не собирается ни выходить из Варшавского договора, ни покончить с социалистической системой. Но все равно 21 августа 1968 г. советские войска при поддержке нескольких контингентов из других стран Варшавского договора оккупировали Чехословакию. Из-за плохого политического руководства цели интервенции были достигнуты не сразу: не было в Чехословакии своего Кадара, который мог бы при поддержке Москвы принять на себя бразды правления. Советское руководство было вынуждено позволить Дубчеку и его сподвижникам-реформаторам вернуться в страну, предварительно заставив их заключить договор, который обязывал чешское руководство “нормализовать” политическую жизнь в стране — иными словами, восстановить абсолютную власть номенклатурной элиты. Основные причины, которые заставили вторгнуться в Чехословакию, были в целом достаточно полно объяснены в многочисленных повторяющих друг друга заявлениях, сделанных до и после вторжения.