История Советского Союза. 1917-1991

В целом следует, вероятно, отметить, что религиозная политика советского государства по-разному воздействовала на разные типы верующих. С одной стороны, репрессии и закрытие храмов многих лишили вообще какой бы то ни было веры. Если в 1920 г. 80% взрослого населения осознавали себя верующими, то к середине 1980-х гг. их численность колебалась между третью и четвертью взрослого населения страны. С другой стороны, давление со стороны государства усилило религиозные чувства и укрепило веру тех немногих, кто ее не утратил. Это в свою очередь привело к усилению консервативных элементов во всех без исключения вероисповеданиях: реформизм и модернизация ассоциировались с поддержкой, оказываемой атеистическому режиму, как мы уже могли видеть на примере Живой церкви. Государство, в свою очередь, официально признало лишь отдельные церкви и оказывало им ограниченную поддержку: чаще всего это были самые древние, организованные и консервативные. Но при том существовали многочисленные небольшие диссидентские секты, ревностные в вере, сильные взаимной поддержкой и чрезвычайно подозрительно относящиеся ко всем другим. Они скорее напоминали европейские движения позднего средневековья, чем современные западные церкви. Там, где церковь была тесно связана с нацией — в Грузии, Армении, Литве и Западной Украине (Униатская церковь), — даже “официальные” церкви приобретали некоторые “сектантские” черты.

В 1980-х гг. численность мусульманских народов СССР составляла около пятидесяти миллионов человек, т.е. более чем шестую часть населения страны — двадцатью годами ранее они составляли только восьмую часть. Нормой была большая семья, освященная религией и обычаями. Численность этих народов росла быстрее, чем у других, и их присутствие все сильнее ощущалось и в системе образования, и в Вооруженных силах.

Нельзя сказать, чтобы Ислам в СССР в те времена напоминал исламский фундаментализм в соседнем Иране и некоторых частях Афганистана. В Средней Азии Ислам суннитского толка ненавязчиво приспособился к советской системе. Мусульмане благоразумно дистанцировались от важнейших сторон жизни советского общества. Они сохранили саму основу своего традиционного образа жизни, восприняв некоторые из второстепенных черт светского общества. По мере возможности они не покидали деревень и маленьких городишек, в которых жили от века. Их общественная жизнь протекала в чайхане, религиозная — в официальной мечети, если таковая имелась, или в суфийском религиозном братстве. Они восприняли то, что социалистическое общество могло им предложить: образование, более широкое, чем традиционное, и относительно свободное положение женщин. В то же время, свою религиозную практику они приспособили к труду в условиях плановой экономики. Если соблюдение месячного поста во время Рамадана было слишком трудным для рабочего, которому нужно сохранять хорошую физическую форму, позволялось сократить его до трех дней. То же самое произошло и с требованием о совершении в течение дня пятикратной молитвы, обратившись в сторону Мекки: молиться можно было один или два раза в позе, более удобной для учреждения или заводского цеха.

До 1950-х гг. эмиграция славян в мусульманские регионы шла во все возраставших масштабах, что делалось ввиду усиления контроля над этими регионами со стороны центральных властей. Но с конца пятидесятых годов начался отток славянского населения из Азербайджана и Средней Азии, и даже из Казахстана, самой “русифицированной” республики. Более того, несмотря на то что число лиц, владевших вторым — русским — языком возросло, у себя на родине мусульмане пользовались только местными языками и крайне неохотно уезжали в другие республики или женились за пределами своих республик. Еще задолго до потрясений конца восьмидесятых годов процесс сближения мусульман с другими народами СССР остановился, а кое-где и пошел вспять.

В целом религия в СССР не проявляла ни малейших признаков “отмирания”. Еще задолго до появления Горбачева началось ее возрождение, хоть и в скрытом подчас виде, что особенно характерно для интеллигенции. Так заполнялся вакуум, образовавшийся на месте деградировавшей советской коммунистической религии. Хрущевские попытки ввести в обиход новые советские ритуалы, которыми отмечались важнейшие события частной и общественной жизни, увенчались некоторым успехом, но все равно не могли полностью заменить старые обычаи. В некоторых случаях религиозное возрождение было связано с возрождением чувства национальной общности в пределах общей системы национальных символов.