История Советского Союза. 1917-1991

В феврале 1986 г. состоялся XXVII съезд партии. С точки зрения Горбачева, он собирался слишком рано, чтобы радикально реформировать политическую систему. Для этого он летом 1988 г. созвал партийную конференцию. В первые годы советской власти такие конференции часто собирались для решения важных вопросов в промежутке между съездами. После 1941 г. конференции не созывались. Эта, девятнадцатая по счету, действительно приняла решения, гораздо более важные, чем любое из утвержденных XXVII съездом. Начался процесс демократизации партии, что прежде всего означало выборы на партийные должности из многих кандидатов при тайном голосовании. Конференция также приняла решение провести всеобъемлющую реформу законодательной власти. Высшим законодательным собранием должен стать Съезд народных депутатов. Депутаты избираются всенародным голосованием, в количестве 2250 человек, отчасти от территориальных образований, отчасти от национально-этнических, отчасти от общественных организаций — Коммунистической партии, комсомола, профсоюзов, Комитета советских женщин, Академии наук и творческих союзов. Допускалось, но не было обязательным выдвижение нескольких кандидатов: если таковые имелись, им гарантировалось право проведения дискуссий по конкурирующим программам. Съезду народных депутатов было поручено избрать главу государства, Президента Советского Союза (этот пост был, естественно, предназначен для генерального секретаря Коммунистической партии) и новый Верховный совет из 450 членов, которому Съезд делегировал свои обязанности по рутинной законодательной работе.

Это запутанное государственное устройство должно было дать власти Горбачева некую легитимность, источником которой был сам народ, и в то же время нешуточно ослабить политическую власть неономенклатурной элиты. Таким образом, двойное устройство новых законодательных собраний в некоторой степени сковывало их работоспособность, а задачи перед ними стояли огромные. Второй этап перестройки означал самые радикальные перемены во всех сферах жизни советского общества, что прежде всего относилось к установлению власти закона. XIX партийная конференция провозгласила “верховенство закона во всех сферах жизни общества”. В принятом ею постановлении говорилось о том, что “первостепенное внимание необходимо уделить правовой защите личности, упрочить гарантии осуществления политических, экономических, социальных прав и свобод советских граждан”. Советское государство уже провозгласило свою приверженность принципам Декларации прав человека ООН и начало с того, что освободило большинство “узников совести” в течение 1987 г. Оно также создало свою Комиссию по правам человека, во главе которой встал политолог-реформатор Федор Бурлацкий. Теперь были приняты законы, защищавшие граждан от произвольного ареста, гарантировавшие неприкосновенность жилища и частной корреспонденции, свободу слова и печати, право получать информацию и создавать любые добровольные ассоциации граждан, включая те, что преследуют политические и экономические цели. Следовало также реформировать судебную процедуру, чтобы добиться независимости судов от властей и обеспечить гражданам эффективную защиту в ходе следствия и. суда.

Другой важной инициативой партии, предпринятой в это время, было восстановление дружеских отношений с Русской Православной церковью и другими конфессиями. В апреле 1968 г. Горбачев принял патриарха Пимена и пятерых высших иерархов церкви. В беседе с ними он заявил, что верующие являются советскими гражданами и патриотами и имеют полное право исповедовать свою веру так, как они хотят. Горбачев хотел превратить в лояльных граждан СССР как можно большее число недовольных людей и одновременно попытаться с другой стороны подойти к не поддающимся лечению застарелым духовным проблемам советского общества. В результате в сентябре 1990 г. были отменены драконовские законы 1918 и 1929 гг. и принято новое законодательство, регулирующее взаимоотношения церкви и государства. Оно гарантировало свободу совести и вероисповедания и отменяло большинство запретов на религиозную деятельность. Таким образом, верующие снова получили право проводить процессии и похороны, создавать фонды, заниматься благотворительной и просветительской деятельностью, т.е., говоря коротко, свидетельствовать о своей вере не только во время церковной службы. Священнослужители снова стали руководителями религиозных ассоциаций и приходов, которые теперь получили право на собственность. Словом, религиозные организации всех типов могли теперь занять в обществе подобающее им место, которого они были лишены на протяжении жизни двух поколений. Но перерыв был настолько долгим и так велик был ущерб, нанесенный атеистической властью, что поневоле закрадывались сомнения, смогут ли эти конфессии, и прежде всего крупнейшая из них Русская Православная церковь, соответствовать возрождающейся духовности меняющегося общества.