Читаем История Советского Союза. 1917-1991 полностью

Победа или почти победа демократических сил в восточноевропейских странах привела в начале 1991 г. к распаду Совета Экономической Взаимопомощи и Варшавского договора. Советское руководство понимало, что стремление восточноевропейских правительств и народов положить конец вооруженной конфронтации и начать тесное сотрудничество с Европейским сообществом настолько велико, что противодействовать ему невозможно. К тому же победа демократии в этих странах воодушевила демократов СССР, все еще продолжавших сражаться с партийно-государственным аппаратом.

Но события в одной из стран Восточной Европы показали, какую опасность может принести с собой демократизация. В Югославии выборы 1991 г. привели к власти в Словении и Хорватии некоммунистические правительства. Они провозгласили независимость своих республик. Вследствие этого живущие в Хорватии сербы, при прямом попустительстве югославской армии, попытались отторгнуть территорию, граничащую с Сербией. Началась гражданская война; по мере распада Югославской федерации, она распространилась на Боснию и Герцеговину, где вперемешку жили сербы, хорваты и мусульмане. Аналогия с СССР была слишком очевидна — поэтому в России многие политики из числа демократов выступили против попыток развалить страну, в которой они худо-бедно, но прожили семьдесят лет.

В самом Советском Союзе Горбачев постарался обеспечить своей политике всенародную поддержку. Впервые после 1921 г. было разрешено создавать независимые от Коммунистической партии политические ассоциации, которые могли бы стать трибуной для выражения надежд и устремлений простых граждан СССР. Некоторые из этих ассоциаций начали формироваться вокруг спортивных клубов и поп-групп, ставших центрами притяжения молодежи, испытывающей неодолимое отвращение к комсомолу. Другие объединения сложились на основе движения борцов за мир или вокруг диссидентских групп шестидесятых-семидесятых годов, занятых проблемами прав человека, этническими и религиозными вопросах. Все они были живым доказательством существования альтернативной культуры, влачившей при Брежневе полуподпольное существование. Теперь, когда гласность открыла перед ними все возможности, лавинообразно множились самые разнообразные политические движения, полные решимости, изобретательные и прекрасно знающие, что к чему.

Очень часто защита окружающей среды или исторических памятников становилась катализатором, который много способствовал сплочению дотоле разрозненных групп и отдельных людей. В Ленинграде многие альтернативные группы объединились только после того, как городской совет принял решение снести гостиницу “Англетер”, где покончил с собой поэт Сергей Есенин. Группы людей собирали на улицах подписи под петицией в защиту здания. Власти разогнали протестовавших у гостиницы людей и прислали рабочих, которые должны были ломать здание, — но протесты не прошли бесследно. Стало ясно, что надо укреплять организацию и связи с общественностью. На площади возле Исаакиевского собора установили телефон, предназначенный для информирования общественности и ответов на ее вопросы. Все это делалось под вывеской специально созданной для этого организации — Культурно-демократического движения (известной также под названием Эпицентр). Она издавала собственный журнал — “Меркурий”. В первом же его номере издатели совершенно ясно заявили о целях движения — активизация общественного мнения и использование его в качестве эффективного инструмента перестройки. По мнению “Меркурия”, именно этот путь ведет к социалистической демократии.

Серьезного успеха добились летом 1986 г. защитники окружающей среды. Писатели и ученые заставили партийное руководство отказаться от грандиозных и разорительных планов поворота рек Сибири и севера России в засушливые регионы Средней Азии и бассейна Волги. Новый главный редактор “Нового мира” Сергей Залыгин назвал это первым и самым крупным успехом в борьбе общественного мнения с левиафанами Госплана и промышленных министерств.

Короче говоря, к первой половине 1987 г. люди все больше начинали понимать, что гражданские инициативы могут дать вполне ощутимые результаты. Разведка боем была проведена в области защиты окружающей среды и охраны памятников. Эти вопросы касались всех без исключения, и вместе с тем внешне они не имели особого отношения к политике. Чернобыльская катастрофа также способствовала тому, что общественность стала лучше понимать, как центральное правительство вводит в строй и контролирует работу предприятий, которые могут быть смертельно опасными. Кроме того, центральные власти по-прежнему не обращали внимания ни на местные власти, ни на народ. Это вызывало негодование людей.

Сотрудники университетов и академических институтов очень быстро отреагировали на эти настроения. Многие из них уже давно неофициально изучали весьма далекие от марксизма-ленинизма религию, рыночную экономику и конституционное право. Теперь неофициальные семинары порождали инициативные группы, чьей задачей стали общественно-политические акции.

Перейти на страницу:

Похожие книги

1917–1920. Огненные годы Русского Севера
1917–1920. Огненные годы Русского Севера

Книга «1917–1920. Огненные годы Русского Севера» посвящена истории революции и Гражданской войны на Русском Севере, исследованной советскими и большинством современных российских историков несколько односторонне. Автор излагает хронику событий, военных действий, изучает роль английских, американских и французских войск, поведение разных слоев населения: рабочих, крестьян, буржуазии и интеллигенции в период Гражданской войны на Севере; а также весь комплекс российско-финляндских противоречий, имевших большое значение в Гражданской войне на Севере России. В книге используются многочисленные архивные источники, в том числе никогда ранее не изученные материалы архива Министерства иностранных дел Франции. Автор предлагает ответы на вопрос, почему демократические правительства Северной области не смогли осуществить третий путь в Гражданской войне.Эта работа является продолжением книги «Третий путь в Гражданской войне. Демократическая революция 1918 года на Волге» (Санкт-Петербург, 2015).В формате PDF A4 сохранён издательский дизайн.

Леонид Григорьевич Прайсман

История / Учебная и научная литература / Образование и наука
100 знаменитых памятников архитектуры
100 знаменитых памятников архитектуры

У каждого выдающегося памятника архитектуры своя судьба, неотделимая от судеб всего человечества.Речь идет не столько о стилях и течениях, сколько об эпохах, диктовавших тот или иной способ мышления. Египетские пирамиды, древнегреческие святилища, византийские храмы, рыцарские замки, соборы Новгорода, Киева, Москвы, Милана, Флоренции, дворцы Пекина, Версаля, Гранады, Парижа… Все это – наследие разума и таланта целых поколений зодчих, стремившихся выразить в камне наивысшую красоту.В этом смысле архитектура является отражением творчества целых народов и той степени их развития, которое именуется цивилизацией. Начиная с древнейших времен люди стремились создать на обитаемой ими территории такие сооружения, которые отвечали бы своему высшему назначению, будь то крепость, замок или храм.В эту книгу вошли рассказы о ста знаменитых памятниках архитектуры – от глубокой древности до наших дней. Разумеется, таких памятников намного больше, и все же, надо полагать, в этом издании описываются наиболее значительные из них.

Елена Константиновна Васильева , Юрий Сергеевич Пернатьев

История / Образование и наука
История России с древнейших времен до наших дней
История России с древнейших времен до наших дней

Учебник написан с учетом последних исследований исторической науки и современного научного подхода к изучению истории России. Освещены основные проблемы отечественной истории, раскрыты вопросы социально-экономического и государственно-политического развития России, разработана авторская концепция их изучения. Материал изложен ярким, выразительным литературным языком с учетом хронологии и научной интерпретации, что во многом объясняет его доступность для широкого круга читателей. Учебник соответствует государственным образовательным стандартам высшего профессионального образования Российской Федерации.Для абитуриентов, студентов, преподавателей, а также всех интересующихся отечественной историей.

Людмила Евгеньевна Морозова , Андрей Николаевич Сахаров , Владимир Алексеевич Шестаков , Морган Абдуллович Рахматуллин , М. А. Рахматуллин

История / Образование и наука
Идея истории
Идея истории

Как продукты воображения, работы историка и романиста нисколько не отличаются. В чём они различаются, так это в том, что картина, созданная историком, имеет в виду быть истинной.(Р. Дж. Коллингвуд)Существующая ныне история зародилась почти четыре тысячи лет назад в Западной Азии и Европе. Как это произошло? Каковы стадии формирования того, что мы называем историей? В чем суть исторического познания, чему оно служит? На эти и другие вопросы предлагает свои ответы крупнейший британский философ, историк и археолог Робин Джордж Коллингвуд (1889—1943) в знаменитом исследовании «Идея истории» (The Idea of History).Коллингвуд обосновывает свою философскую позицию тем, что, в отличие от естествознания, описывающего в форме законов природы внешнюю сторону событий, историк всегда имеет дело с человеческим действием, для адекватного понимания которого необходимо понять мысль исторического деятеля, совершившего данное действие. «Исторический процесс сам по себе есть процесс мысли, и он существует лишь в той мере, в какой сознание, участвующее в нём, осознаёт себя его частью». Содержание I—IV-й частей работы посвящено историографии философского осмысления истории. Причём, помимо классических трудов историков и философов прошлого, автор подробно разбирает в IV-й части взгляды на философию истории современных ему мыслителей Англии, Германии, Франции и Италии. В V-й части — «Эпилегомены» — он предлагает собственное исследование проблем исторической науки (роли воображения и доказательства, предмета истории, истории и свободы, применимости понятия прогресса к истории).Согласно концепции Коллингвуда, опиравшегося на идеи Гегеля, истина не открывается сразу и целиком, а вырабатывается постепенно, созревает во времени и развивается, так что противоположность истины и заблуждения становится относительной. Новое воззрение не отбрасывает старое, как негодный хлам, а сохраняет в старом все жизнеспособное, продолжая тем самым его бытие в ином контексте и в изменившихся условиях. То, что отживает и отбрасывается в ходе исторического развития, составляет заблуждение прошлого, а то, что сохраняется в настоящем, образует его (прошлого) истину. Но и сегодняшняя истина подвластна общему закону развития, ей тоже суждено претерпеть в будущем беспощадную ревизию, многое утратить и возродиться в сильно изменённом, чтоб не сказать неузнаваемом, виде. Философия призвана резюмировать ход исторического процесса, систематизировать и объединять ранее обнаружившиеся точки зрения во все более богатую и гармоническую картину мира. Специфика истории по Коллингвуду заключается в парадоксальном слиянии свойств искусства и науки, образующем «нечто третье» — историческое сознание как особую «самодовлеющую, самоопределющуюся и самообосновывающую форму мысли».

Робин Джордж Коллингвуд , Ю. А. Асеев , Роберт Джордж Коллингвуд , Р Дж Коллингвуд

Биографии и Мемуары / История / Философия / Образование и наука / Документальное