История византийских войн

Однако и Саифу порой не везло. Мы знаем, что одним из приемов византийской тактики было заманивание вражеских войск на свою территорию и блокирование путей их отхода, с целью окружения и поголовного истребления вторгнувшегося неприятеля. Весной 950 г. ад-Дулах с тридцатитысячной армией отправился в широкомасштабный рейд. Оставив Алеппо, он перевалил через Тавр, пошел далее на север, форсировал Халис, разгромил летучий ромейский отряд и, по обыкновению, разорил и разграбил весь край. Но стратигу фемы удалось точно определить путь его отхода. Беспрепятственно пропустив через ущелье авангард, ромеи заперли в нем главные силы эмира, его арьергард и обоз. Арабы сразу же понесли тяжелые потери, в их рядах возникла паника. Воины искали спасения поодиночке. Саиф, оставленный всеми, кроме нескольких телохранителей, едва ушел от погони. Подобная тактика принесла ромеям крупные успехи и в 958, и в 960 гг., когда Саиф снова попал в засаду и потерпел серьезное, в последнем случае даже катастрофическое поражение, с потерей не только всей добычи, но и собственного обоза.

НАСТУПАТЕЛЬНАЯ СТРАТЕГИЯ И СМЕНА ТАКТИКИ

Как результат эскалации наступательных действий империи в середине X в., особенно на восточном фронте, возросла потребность в постоянной профессиональной армии, способной более эффективно действовать на поле боя, чем нанимаемые на определенный сезон контрактники, составлявшие основу фемных армий. Важные изменения коснулись тактических структур и вооружения византийских войск. Много важных трудов по стратегии и тактике было написано в середине и в конце X в., а их практическое применение подтверждается многочисленными свидетельствами современников, как византийцев, так и арабов.

В кратком изложении реформы выглядели так: 1. Возрождение тяжелой пехоты как рода войск, спаянной железной дисциплиной и способной в боевых порядках эффективно противостоять неприятельской пехоте и коннице, поддерживать атаки собственной кавалерии, быстро совершать марши на большие расстояния и постоянно нести гарнизонную службу вдали от дома; 2. Вооружение тяжелой конницы копьями и булавами улучшило ее взаимодействие с пехотой и увеличило мощь удара по врагу; 3. Развитие полевой тактики, при которой эти рода войск успешно дополняли друг друга, дало в руки имперских полководцев грозный своей ударной мощью и при этом достаточно гибкий материал, способный решать различные тактические задачи в зависимости от изменения ситуации.

Результат этих преобразований как громом поразил современников и продолжает удивлять военных историков до наших дней. Начиная с 950 г. византийским армиям удалось добиться невероятных успехов в расширении территории империи. Из трактата, известного как «Учебник тактики», мы знаем о новом формировании пехоты, вооруженной массивными, наподобие древнеромейских, копьями. Боевая задача копьеносцев состояла в отражении атак тяжелой кавалерии неприятеля. Согласно «Учебнику», эти подразделения, численностью до 300 солдат, должны были стоять в интервалах между пехотными частями, составляющими боевой порядок главных сил. При отражении вражеской атаки они выстраивались в линию или клином. В военном руководстве, известном как «Принципы военного искусства», написанном приблизительно двадцать лет спустя, тактика пехоты получила дальнейшее развитие. Полк состоял из 1000 человек, из них 100 тяжелых и 400 обычных копьеносцев, 300 лучников и 200 легких пехотинцев с пращами и дротиками. При этом боевая задача копьеносцев не изменилась.

Важная перемена в роли пехоты стала отражением изменений в политической и военной ситуации X столетия. Если «Стратегикон» VI в. отводит пехоте вспомогательную роль поддержки конницы на поле боя, то полевые уставы X столетия признают за инфантерией как минимум равенство, или даже превосходство. В отличие от ситуации в предыдущих веках пехота стала не только в тактическом плане, но и в численном выражении основой армии, превосходя кавалерию в два и более раз. Усиление значения пехоты подтверждается появлением в каждой армии офицеров, отвечающих за строевую и боевую подготовку рекрутов и за поддержание дисциплины, что немедленно дало положительные результаты и заслужило высокую оценку современников. Новая тактика предусматривала такое взаимодействие родов войск, при котором пехота, в зависимости от рельефа местности, выстраивалась в прямоугольник или квадрат, внутри которого могла укрыться конница, если ее атака не удалась, или при массированной атаке кавалерии неприятеля.