Историки Французской революции

Уместно заметить, что на протяжении всей своей жизни А.Р. Иоаннисян остался в СССР самым авторитетным знатоком Фурье[592]. В 1955 г. именно он написал пространный критический отзыв на рукопись статьи И.И. Зильберфарба о «социальной философии» Шарла Фурье[593], которая все же была опубликована в журнале «Вопросы истории»[594]. А 9 апреля 1972 г. А.З. Манфред писал ему в связи с 200-летием со дня его рождения Фурье: «Вчера я говорил с Евг[ением] Мих[айловичем] Жуковым, и мы просим Вас выступить на ученом совете Ин[ститу]та с докладом о Фурье. Дата еще не определена - где-то, видимо, в 20-х числах апреля. Это будет либо засед[ание] Уч[еного] Совета нашего Ин[ститу]та, либо совместно с ИМЛ при ЦК КПСС. Вы единственный специалист по Фурье, и без Вас должной оценки его не будет»[595].

О приобретенной в 1930-х гг. еще молодым историком А.Р. Иоаннисяном известности свидетельствует также обращение к нему 7 января 1940 г. редакции «Историка-марксиста» «как к старому сотруднику» этого журнала[596] со следующей просьбой: «Не откажитесь поделиться с редакцией Вашими критическими замечаниями, пожеланиями или предложениями относительно журнала “Историк- марксист”»[597]. Вот почему один из руководителей сектора Новой истории Института истории АН СССР Ф.В. Потемкин в 1940 г. выступил с предложением о принятии А.Р. Иоаннисяна, в числе других видных специалистов по истории Запада, на постоянную работу в Институт истории[598].

В дальнейшем одной из главных особенностей творчества А. Р. Иоаннисяна стало скрупулезное изучение прошлого на основе широчайшего круга неопубликованных архивных документов. В 1940-х гг. он приступил к исследованию еще никем не разрабатывавшейся истории армянского освободительного движения XVIII столетия, широко используя материалы советских архивов. Он посвятил этой теме две книги, впервые раскрыв многие совершенно не известные страницы прошлого о важной положительной роли России в исторических судьбах армянского народа[599].

На одну из них сразу же откликнулся академик Е.В. Тарле, написавший А.Р Иоаннисяну в письме от 18 декабря 1946 г.[600]: «Только что получил Ваш труд “Россия и армянское освободительное движение в 80-х годах XVIII столетия”. Уже из беглого просмотра получается впечатление очень интересного и солидного исследования. Прочту его немедленно; я как раз скоро буду обрабатывать главу о походе В. Зубова и его антецедентах [предшествовавших действиях. - В. П.]»[601]. Из этих строк нетрудно понять, сколь большой интерес Е.В. Тарле проявил к этой книге.

В таких условиях вполне закономерно, что вице-президент АН СССР В.П. Волгин, учитывая научные достижения своего подопечного, выдвинул в октябре 1947 г. его кандидатуру в академики АН АрмССР. Отметив, что «круг научных интересов тов. Иоаннисяна весьма широк», и дав объективную оценку его научным трудам, он заключил: «Все это позволяет мне самым решительным образом рекомендовать тов. Иоаннисяна в качестве кандидата, как по своим научным трудам, так и по своей педагогической и научно-организационной деятельности, вполне заслуживающего избрания в действительные члены Академии наук Армянской ССР»[602]. И тогда еще молодой историк был избран академиком АН АрмССР.

Однако судьба уготовила его книге «Россия и армянское освободительное движение в 80-х годах XVIII столетия», столь высоко оцененной Е.В. Тарле, трудную участь, ибо она далеко не у всех вызвала положительную реакцию. На закате сталинской эпохи А.Р. Иоаннисян подобно Галилею фактически был вынужден отречься от своих научных убеждений и публично выступить в научной печати с «самокритикой»[603], ибо в опубликованной в азербайджанском научном журнале обширной рецензии на эту книгу против Абгара Рубеновича были выдвинуты вымышленные политические обвинения[604]. Суть этой «критики» сводилась, в частности, к недооценке А.Р. Иоаннисяном прорусской ориентации азербайджанского народа и исторического значения его борьбы против турецких и персидских поработителей. По мнению автора рецензии Г. Абдуллаева, приведенные им «факты» будто бы опровергали «ложное утверждение» А.Р. Иоаннисяна о том, что «лишь христианские Грузия и Армения могли стать форпостами России в Закавказье, а мусульманскому Азербайджану суждено было тяготеть к единоверным ему по религии Турции и Ирану»[605]. По его убеждению, «Азербайджан, вопреки утверждениям проф[ессора] А.Р. Иоаннисяна, несмотря на религиозные различия населения, что широко использует проф[ессор] А.Р. Иоаннисян для подтверждения своих ложных, тенденциозных выводов, ориентировался на Россию»[606].