Иудеи в Венецианской республике. Жизнь в условиях изоляции

Прошло довольно много времени, прежде чем три «нации» слились в одну. Конечно, богослужения они всегда проводили раздельно. У каждой «нации» имелась своя синагога или синагоги, в которых богослужения велись в соответствии со своими традициями – немецкими, итальянскими, левантийскими или португальскими. К началу XVII века в гетто образовали некую совместную организацию для регулирования вопросов, представлявших общий интерес. За исключением таких вопросов органы управления оставались раздельными. И лишь через несколько лет «левантинцев» и «западников» вынудили разделять возмутительное бремя, которое до тех пор несли одни их немецкие братья. И только когда община начала приходить в упадок, различия между тремя группами полностью упразднили и всех венецианских евреев стали включать в один договор. Последние инородные группы вошли в состав общины задолго до конца XVI века. Тем временем Венеция играла все более важную роль в еврейском мире и стала свидетельницей самых волнующих событий в тогдашней еврейской истории.

Глава 3

Расцвет общины

В начале 1524 года в Венеции бросило якорь торговопассажирское судно, шедшее из Александрии через Крит, и на берег ступила весьма яркая фигура. Внешне чужестранец выглядел непривычно – смуглый, морщинистый карлик с волосами цвета воронова крыла, одетый по восточной моде в просторный халат и слабый от добровольного недоедания. Остальные пассажиры провожали карлика мрачными взглядами: многие подозревали его слугу Иосифа в том, что тот систематически воровал у них еду во время плавания. Впрочем, самому карлику подобных обвинений нельзя было предъявить, так как он вел умеренный образ жизни и не соглашался есть ничего, что прошло через руки неевреев или готовилось в их посуде. Капитан корабля лично отвез странника на берег и поселил в своем доме. Первым делом странник начал поститься. По его словам, пост длился шесть дней и шесть ночей. В тот период он позволял себе единственную роскошь, которой предавался неумеренно, – молитву. Тем временем его слуга, интересы которого лежали совсем в другой области, отправился смотреть достопримечательности города.

В последний день добровольного поста, завершив молитвы, чужестранец увидел в комнате незнакомца. То был молодой венецианский еврей, с которым познакомился Иосиф и которого привел домой, чтобы тот полюбовался любопытным явлением, какое, несомненно, представлял собой его хозяин. Последовала короткая беседа на древнееврейском языке, в то время единственным средстве общения для евреев из разных стран. Вскоре после этого гость вернулся в сопровождении Мозеса Кастелаццо, художника-портретиста, который за несколько лет до того получил от синьории авторское право на иллюстрации к Пятикнижию. Чужеземный аскет принял его благожелательно и сразу же попросил взаймы семь дукатов. Не желая ранить чувства нового знакомого отказом, художник привел его к себе домой в гетто, где представил главам общины. Им незнакомец рассказал чудесную историю: он представился Давидом Реувени, сыном Соломона, из колена Рувимова. Сообщил, что его родичи ведут воинственную и независимую жизнь в легендарной глуши, на реке Хабор. Его брат, царь Иосиф, и семьдесят старейшин племени послали его просить помощи у папы римского и разных европейских монархов – главным образом, они нуждались в оружии, так как вели постоянную войну с турками. Он подробно рассказал о своем путешествии из родных мест через Палестину, где молился на могилах патриархов.