Юрий Хой и группа «Сектор Газа»

Бытовуха в альбоме на время берет верх в третьей песне «Рога», которая открывается театрализованной сценкой (скрипит дверь, и обманутый муж издает нечеловеческий вопль, услышав сладострастные стоны супруги) и представляет собой довольно злую пародию на песню из репертуара Вахтанга Кикабидзе «Мои года – мое богатство». Путем простой замены слова «года» на «рога» Юрий Хой разоблачает идею «мудрой старости», которая дается далеко не всем дожившим до преклонных лет гражданам. Без внутренней работы такие люди похожи, скорее, на недалеких шаловливых старичков из «Сказки о потерянном времени» Евгения Шварца. По сравнению с безответственным юнцом из «Явы» герой Хоя формально повзрослел, но так и не заматерел, сделав основной целью жизни соревнование с похотливой женой в количестве измен. Ну а чего еще мы хотели от человека, повторявшего, как заведенный, в день своей женитьбы «вам хорошо, а мне жениться»? Кстати, фразу «хоть борода моя седа, зато растут мои рога» Юрий Хой произносил в одном из интервью года за три до своей смерти, косвенно подтверждая тот факт, что последний альбом готовился несколько лет.

В «Сельском туалете» всеобщий раздрай в домашнем хозяйстве привел к нелепой гибели супруги в выгребной яме прогнившего сортира. В ситуации можно усмотреть оммаж к «неприличному» поэту Ивану Баркову, с которым нередко сравнивали самого Юрия Хоя. Именно Баркову молва приписывала трагикомичную смерть в аналогичных обстоятельствах и фразу «жил грешно, умер смешно» (можно подумать, что Барков мог физически высказаться по поводу собственной (!) гибели). Как бы то ни было, в тексте песни есть отсылка именно к этому афоризму: «Нет ужасней и смешнее смерти на всем белом свете». Обратим внимание на наличие народно-поэтического устойчивого выражения «белый свет» в «Сельском туалете». Придя к концу жизни к сугубо индустриальному саунду, Юрий Клинских продолжал подпитываться фольклорной традицией. Мало того, он стал еще ближе к корням, ведь если в ранней песне «Сектора Газа» «Я – мразь» «белый свет» фигурировал как объект ненависти, то в «Сельском туалете» ему возвращается исконный смысл: мир Божий, который служит мерилом всех поступков человека. Неслучайно здесь четко расставлены нравственные акценты: «Мораль песни такова: не мертвецы и не вампиры не опасны так для жизни, как прогнившие сортиры», давая понять, что подлинные ужасы следует искать не в дешевых страшилках, а в бытовом неустройстве нашей жизни. Именно в этой песне можно усмотреть зачатки новой стилистики Юрия Хоя, к которой он, возможно, пришел бы.

Татьяна Фатеева

«Сельский туалет» – высшая планка юмора Юры. Песня, которая вызывает спонтанный хохот! Когда он записал «Восставшего из ада», вскоре мне позвонил, а я как раз ехала к сестре. В итоге мы вместе туда отправились, он поставил альбом. Песни серьезные, я начинаю в них погружаться. И вдруг дело доходит до «Сельского туалета», я слышу первые фразы и понимаю, что себе уже не принадлежу. Даже не дождавшись припева, я ловлю себя на том, что хохочу в голос. Спонтанный и неосознанный смех – это же дорогого стоит! Я обожаю эти остроумные обороты, всегда их вижу и ценю. И тем, что у Юрки их много, – я просто любовалась. Остается восхищаться такой точной работой мысли, когда мало слов, но ни одного не выкинуть.