Юрий Хой и группа «Сектор Газа»

Алексей Привалов

1989 год. Мне 17 лет. Я коллекционирую русский андеграунд на кассетах и отслеживаю свежие региональные релизы. Делаю я это, как и все, в студии московской «Рок-лаборатории» в подвальчике. И там то ли Костя Кудрящев, который был художником рок-лабораторским и параллельно сидел в этой студии, то ли Леша Никитин, первый басист «Ва-Банка», говорит: «Слушай, клевые катушки пришли из Воронежа! Группа смешная такая, с матюками, “Сектор Газа” называется. Давай тебе катну?» Я ответил: «Ну, катни мне на пробу». Это был первый вариант альбома «Колхозный панк». Я понимаю, что вроде панк, а вроде идет какое-то наебалово. Что-то в этом ощущалось попсовое, что тогда меня – юного максималиста-школьника и любителя чистых жанров – напрягло. Я принял это к сведению и не продолжил дальше собирать дискографию «Сектора Газа». А через год-два они уже рванули, став практически «Театром песни Аллы Пугачевой».

Глава VII«Зловещие мертвецы»

«Зловещие мертвецы» – первый альбом «Сектора Газа», песни из которого не переписывались по инициативе выпускающей компании Gala Records. Несмотря на те еще условия записи, качество получилось вполне пристойным. По воспоминаниям Юрия Хоя, размещенным в буклете последнего альбома «Сектора Газа» «Восставший из ада», песни из «Зловещих мертвецов» фиксировались на воронежской студии Black Box на два магнитофона «Тембр». На первый записывалась вся инструментальная часть, на второй – «плюс» с вокалом.

За запись альбома Юрий Клинских внес 500 рублей, вырученных с продажи личного мотоцикла. Наверняка это было самое выгодное вложение денег в его жизни. «У меня в 14 лет был мопед, потом в 16 я выклянчил у мамы и папы мотоцикл “Восход-2М”, а потом уже, когда я пришел из армии, мне старший брат подарил “Яву” свою старую, – вспоминал он. – После того как я на ней очень капитально упал, на трассе, я ее решил продать и на эти деньги записать альбомы “Ядрена вошь” и “Зловещие мертвецы”. Как раз это стоило тогда 500 рублей».

За «Яву», которой Юрий лишился в результате продажи, не обидно ничуть, потому что он ее в итоге увековечил в одной из своих лучших песен. А фонограмма 1990 года вышла официально на носителях лишь четыре года спустя, ну а в черно-серебристой серии «Коллекция» – в 1997-м с бонусным ремиксом на «Русский мат».

Алексей Ушаков

Студия развивались, у нас появился Roland 20, Work Station, Midi, драм-машины, можно было синхронизироваться. И потом уже шло в Воронеже зарождение FM-вещания, и воронежский банк проспонсировал открытие местного отделения «Европы Плюс», и в определенный момент появился Fostexer 8 – восьмидорожечный магнитофон, и более-менее хорошая обработка. По тем временам все было достаточно качественно. Третий-четвертый альбомы как раз пришлись на это время. Их мы распространяли точно так же: кто-то едет в командировку – мы ему отдаем кассету. Вот мы записали эти альбомы, послушали на следующее утро и поняли: блин, это классно! Сразу было понятно, что это уйдет – примется.