Юрий Хой и группа «Сектор Газа»

Сознательно ставя цель развлекать зрителей, не грузя их излишней фактологией, Юрий Клинских крайне редко рассказывал на концертах истории создания тех или иных песен, не говоря уж об их смысле. Но исключения были, правда, тоже под шутовской оберткой. В Битигхайме перед «Давай-давай» он выдал весьма показательную ремарку о том, что в этой песне речь идет о романтической прогулке без серьезного продолжения отношений, поэтому звучание у песни такое же попсовое. И тут же не удержался от каламбура, многозначительно посвятив «Давай-давай» группе «На-На». Завершился же концерт атмосферой детского утренника, когда весь зал азартно пел вместо Хоя в «Снегурочке» ключевую фразу про «пидораса горбатого».

Иронично отзываясь о коренных жителях Германии, Юрий Клинских все же остался впечатлен их высоким уровнем жизни. «В Германии хорошо, и, когда я вернулся, было очень неприятно посмотреть на Совок, когда там поживешь, но потом обвыкся, все по кайфу, опять встало на свои места, но лучше туда не ездить. Душу не травить», – откровенничал он в одном из интервью. В то же время возможность эмигрировать он и для себя, и для своей семьи решительно отметал.

Галина Клинских

Когда муж поехал в Германию, рассказывал, как там шампунем моют асфальт, и сравнил с тем, как грязно у нас. Я говорю: может, уедем туда? Он отвечает: нет, здесь наша Родина!

Удалось «Сектору Газа» установить контакт и на вчерашней «нашей Родине» – фестивале Rock Summer в Таллине в том же 1995-м. Здесь все было по-взрослому – не то что на курьезном выступлении в Риге без Юрия Хоя. Rock Summer был одним их самых репрезентативных мировых рок-форумов в 90-е. Сюда нагрянули представители 11 стран, включая США, Великобританию, Швецию, Швейцарию и даже Новую Зеландию. Россию, помимо «Сектора Газа», представлял Владимир Кузьмин, как раз успешно перезапустивший свою карьеру с помощью «Сибирских морозов» и «Красотки», и ― почему-то – танцевальный «Русский размер», не имевший в рок-культуре ни малейшего отношения.

На том эстонском «Рок-лете» было кого послушать. Это и забубенные финские готы 69eyes, и сладкая британская блондинка-саксофонистка Кэнди Далфер. Трудно сказать, застал ли их сеты Юрий Клинских. Даже если застал, наиболее ярким впечатлением от фестиваля стали все же не они, а совместная попойка с барабанщиком его любимых RHCHP. А в свой черед «Сектор Газа» дал жару так, что публика с других фестивальных площадок моментально переметнулась к нему на малую сцену.

В интервью Юрий Хой лишь загадочно улыбался в ответ на просьбы журналистов поделиться таллинскими впечатлениями, отсылая к газетным репортажам с Rock Summer. Но в кулуарах «секторовцы» давали волю чувствам. «Ребята очень много рассказывали об этих гастролях, – вспоминал в интервью для книги «Эпитафия рок-раздолбаю» глава Gala Records Сергей Кузнецов. – Они в Таллинне стали единственной группой, кого публика просто не захотела отпускать со сцены. На бис они спели 5–6 песен. А в это время на другой сцене уже должны были работать M-People. Так вот, их выступление чуть было не сорвалось из-за того, что публика на час задержалась на “Секторе Газа”. А вообще на фестивале просто легендарные группы выступали, но только “Сектор” да еще Simple Minds были отмечены феноменальным успехом».

Глава XXIVТанцы после порева

Проседания по гастролям Хой компенсировал усиленной студийной работой. В 1994-м практически одновременно вышли два альбома «Сектора Газа» – «Танцы после порева» и «Кащей Бессмертный». К восьмому альбому «Танцы после порева» окончательно прояснились две вещи: сам Юрий Клинских тяготел к «мистическим» песням и при возможности обязательно вставлял такие в альбом. А народу нравилось про мат, секс и прочие радости жизни – и с этим «заданием» Хой справлялся не хуже. Диск «Танцы после порева» словно вопиет: «Хотели – получите».

На обложке изрядно потасканные и полуголые колхозник с колхозницей с ярко выраженной печатью порока на лицах отплясывают из последних сил в стоптанных сапогах. Это почти буквальная иллюстрация к песне «Танцы после порева». Но Хой вновь проявил недюжинную иронию, спев о том, как у изнуренной всевозможными «кайфами» парочки дело до танцев так и не дошло. Им не достался только десерт, а вот в следующей песне «Не дает» безвестному страдальцу не удалось заполучить и главное блюдо. Пока девушка ломалась, его любовный пыл угас. Вся соль песни заключена в материализации народного эвфемизма «на полшестого», выражающей половое бессилие. Всю ночь герой пытался раскрутить подругу на секс, а потом настало «полшестого» – причем как в прямом, так и переносном смысле.