Избранные труды

Более конкретно о целях наказания говорится в ст. 8 УК: «Наказание и другие меры социальной защиты применяются с целью: а) общего предупреждения новых нарушений как со стороны нарушителя, так и со стороны других неустойчивых элементов общества; б) приспособления нарушителя к условиям общежития путем исправительно-трудового воздействия; в) лишения преступника возможности совершения дальнейших преступлений». По существу здесь сформулированы задачи общего и специального предупреждения при назначении наказания, которыми и сейчас руководствуются суды (ср. со ст. 20 Основ уголовного законодательства 1958 г).

Следует отметить, что УК РСФСР 1922 г. особое внимание по сравнению с кодексами, созданными на основе принципов классической школы, уделял задаче специального предупреждения. По мнению авторов Кодекса, преступник, совершивший то или иное преступление, общественно опасен в смысле возможности совершения нового преступления. Отсюда и возникает задача предупреждения совершения им этого преступления, которая достигается или путем исправления и перевоспитания («приспособление нарушителя к условиям общежития путем исправительно-трудового воздействия»), или путем устрашения, или посредством лишения преступника физической возможности совершения дальнейших преступлений. Этой же цели служат предусмотренные Кодексом меры социальной защиты, применяемые вместо наказания или наряду с ним (ст. 46 УК). Чтобы достичь цели специального предупреждения, необходимо учитывать при определении наказания личность преступника и прежде всего степень и характер его опасности (ст 24 УК).

УК РСФСР 1922 г. выступил против одного из основных положений классической школы о том, что в область уголовно-правовых исследований личность допускается «только потому, что она проявляется в преступном деянии и лишь постольку, поскольку она проявляется в этом деянии».[263] Если первая половина этого положения («потому, что она проявляется в преступном деянии») является абсолютно правильной, то со второй согласиться нельзя.

Кодекс обязывает всесторонне изучать личность преступника. «При определении меры наказания учитывается степень и характер опасности как самого преступника, так и совершенного им преступления. Для установления этого изучается обстановка совершенного преступления, выясняется личность преступника, поскольку таковая выявилась в совершенном им преступлении и его мотивах и поскольку возможно уяснить ее на основании его образа жизни и прошлого, а также устанавливается насколько само преступление в данных условиях времени и места нарушает основы общественной безопасности» (ст. 24). Следует подчеркнуть, что здесь кодекс фактически проводил мысль К. Маркса, что государство должно видеть в человеке, совершившем преступление, «нечто большее, чем правонарушителя… Государство должно видеть и в нарушителе человека, живую частицу государства, в которой бьется кровь его сердца, солдата, который должен защищать Родину, свидетеля, к голосу которого должен прислушиваться суд, члена общины, исполняющего общественные функции, главу семьи, существование которого священно, и, наконец, самое главное – гражданина государства».[264]

Действующее советское уголовное законодательство (ст. ст. 32, 33 и 34 Основ уголовного законодательства) и современная советская уголовно-правовая наука также исходят из необходимости глубокого и всестороннего изучения личности преступника, поскольку обстоятельства, характеризующие личность, имеют большое значение при решении вопроса об освобождении от уголовной ответственности и наказания (ст. ст. 10, 50, 51, 52, 63 УК РСФСР и ст. ст. 6–10 УПК РСФСР) и при назначении наказания (ст. ст. 37, 38, 39, 43, 44 УК РСФСР). Хотя основой для выводов об общественной опасности преступника и является совершенное им преступление, поскольку личность проявляется в самом деянии (в это обстоятельство совершенно правильно отражено ст. 24 УК 1922 г.), все же особенности преступного деяния не могут служить абсолютной характеристикой личности преступника, его общественной опасности.

И в психологии, и в криминологии общепризнано, что внешне однородные поступки могут совершаться по самым разнообразным мотивам, выражая неодинаковые установки или тенденции личности, что отдельный, изолированно взятый, как бы выхваченный из контекста акт поведения допускает самые различные толкования,[265] что в то время, как одни действия вызваны мотивами, существенными для данной личности, вторые возникают главным образом под влиянием скоропреходящего настроения, вызванного особой ситуацией.[266] Одно и то же по своей объективной опасности преступление может быть вызвано наличием у индивида стойких антиобщественных качеств и мотивов, и может быть совершено вследствие стечения определенных, более или менее случайных для него обстоятельств.