Избранные труды. Том I

Едва ли не единственной в нашей литературе попыткой подвергнуть неосторожно-небрежную вину анализу в указанном направлении является стремление Б. С. Антимонова рассматривать ее как своеобразную предшествующую вину. «Если кто-нибудь, – пишет Б. С. Антимонов, – не умея ездить верхом, все же сел на горячую лошадь и сбил с ног прохожего, то у горе-наездника могло и не быть психического переживания по поводу происшествия; возможно, что сам он считал и считает, будто принял все зависящие от него меры, чтобы предотвратить вред. Тем не менее, с точки зрения права, нужно признать, что вред причинен виновно. Упрек будет сделан не по поводу самой езды верхом, а по поводу поведения, предшествующего вредоносному действию».[351]

Разумеется, поведение, предшествовавшее совершению противоправных действий, может иметь определенное значение для выявления виновности правонарушителя. Но для признания его виновным ограничиваться одним лишь предшествующим поведением нельзя. Так, в частности, в том, что причинитель в свое время плохо обучался или даже совсем не обучался верховой езде, нет еще ничего виновного, ибо вина должна быть связана с противоправным поведением, между тем как неудовлетворительное обучение верховой езде само по себе противоправным не является. С другой стороны, если бы вина имела место только в прошлом, то совершенное впоследствии противоправное действие пришлось бы признать невиновным, так как вина должна сопутствовать, а не предшествовать неправомерному поведению. По изложенным соображениям нельзя признать, что проблема неосторожно-небрежной вины в теории предшествующей вины получает удовлетворительное разрешение.

Все разнообразные, встречающиеся на практике случаи неосторожно-небрежной вины могут быть сведены к двум основным группам:

1. Совершая определенное действие (или воздерживаясь от совершения определенного действия), правонарушитель знает, что он не принял всех необходимых мер предосторожности.

М., помощник машиниста паровозного депо, производил замер нефти в баке, пользуясь освещением керосиновой коптилки. От происшедшего вследствие этого взрыва М. получил увечье. Верховный Суд усмотрел преступную небрежность в действиях администрации, допустившей освещение замера нефти керосиновой коптилкой (определение № 36/26 по иску М. к паровозному депо).

Администрация не могла не понимать, что производить замер нефти при помощи керосиновой коптилки недопустимо. Для того чтобы понимать это, достаточно самой элементарной подготовки в области техники и осведомленности о характере работ, порученных потерпевшему. Почему же в таком случае Верховный Суд признал, что здесь имела место небрежность, а не самонадеянность? При самонадеянности правонарушитель рассчитывает своими действиями предотвратить наступление вредных последствий, а для того, чтобы иметь возможность это сделать, необходимо представлять себе конкретное развитие причинно-следственных связей между неправомерным поведением и возможным результатом. Предоставляя же своим работникам для освещения замера нефти керосиновые коптилки, администрация паровозного депо не предвидела и не могла предвидеть, что именно М. потерпит увечье. Несчастный случай мог произойти не с М., а с кем-либо другим или даже и вовсе не произойти. Конкретное предвидение причинной связи здесь отсутствует. Но ее абстрактное предвидение имело место: администрация не могла не знать, что совершенные ею действия создают опасность наступления вредных последствий, которые могли наступить и, как оказалось в действительности, фактически наступили на руководимом ею предприятии.

2. Совершая определенные действия (или воздерживаясь от совершения определенных действий), правонарушитель считает, что им приняты все необходимые меры предосторожности. При каких условиях в случаях подобного рода можно все же упрекнуть правонарушителя в том, что хотя он и не знал, но мог и должен был знать о непринятии им всех необходимых мер, в силу чего и наступили определенные отрицательные последствия?

Во-первых, для такого упрека имеются основания, если заблуждение правонарушителя было вызвано тем, что он не изучил в полной мере, хотя мог и должен был изучить ту объективную обстановку, в которой он совершил неправомерное действие или воздержание от действия.