Избравший ад: повесть из евангельских времен

– Разве они – не люди? Разве каждый из вас – безгрешен? Люди добры по природе, ибо сотворил нас благой Отец. Но люди слабы. Грех – сын слабости. Слабость одолевают силой. А сила – в любви.

– Красиво ты говоришь, проповедник, но словами не утолить людских скорбей.

– Не словами пришел я утолять их. Говорю вам, Бог ожидает всех в царствии своем, и каждому там воздастся по делам его. Блаженны в нем будут обиженные, униженные, плачущие, троекратно воздастся им за скорби земные. Блаженны и нищие духом, ибо их есть Царствие Небесное. Блаженны жаждущие правды, выстрадавшие ее блаженны воистину. Господь любит детей своих. Так возлюбите и вы Его, как отца и матерь.

– Когда же все это сбудется? Сколько еще ждать и мучиться Израилю?

– У Бога своя мера времени, Он – ему хозяин. Нам же надобно каждый миг быть готовыми предстать пред очами Его, ибо Он один знает сроки.

– Но мы-то люди! – отчаянно крикнула какая-то женщина с усталым обветренным лицом, одетая в ветхое платье. – Наш век короток и полон скорби! Справедливо ли это? Разве Бог не знает о наших страданиях? Почему он так медлит?

– То мне неведомо, сестра. Знаю лишь, час Суда Господнего надо встретить с чистой душой. Молитесь, просите прощения за грехи свои, возлюбите Господа своего превыше всего на свете.

– И что будет?

– Тогда сможете вы смело, с чистым сердцем предстать перед Богом с Судный день и сказать Ему: «Господи, верую, что Ты Создатель и Отец наш, люблю и почитаю Тебя, как отца и мать. Я грешен, но молю о прощении, ибо грехи мои были не от порочности и злобы, а по слабости духа, раскаяние мое искренне и глубоко!»

– Что же будет?

– Такому человеку дарует Господь милость свою, познает он вечное блаженство в обители Его. Те же, кто не возлюбит Бога превыше всего, не покается, чье покаяние не будет искренним, познают гнев Божий, тяжкая десница Его падет на них.

– Креститель говорит то же самое, проповедник! Он велит готовиться…

– Иоанн суров. Он крестит гневом и огнем, я же – любовью. Ибо любовь – истинный Дар Божий, высшее благо земное и небесное. Возлюбите ближнего, как себя, и мир воцарится на Земле, возлюбите Бога превыше себя и всего земного, и познаете бесконечное блаженство в Царствии Его. Я зову вас в путь, долгий путь к нашему Небесному Отцу. Каждый может пойти по этому пути, если возжелает. Он долог и труден, много на нем искусов и скорбей. Но одолевший его вступит в обитель вечную, познает радость воссоединения с Господом в царстве Истины и Духа.

Иуда внимательно слушал. «Хорош! – думал он. – Его мудрость проста… Но в ней больше смысла, чем в речах умников из Храма. И говорить он умеет!..».

Проповедник действительно производил впечатление: хрупкая фигура в ослепительно белом одеянии, изящные руки с длинными точеными пальцами, лицо с правильными тонкими чертами, обрамленное пушистыми темными волосами. Во всем его облике была возвышенная притягательная красота. Но самыми удивительными были голос и глаза. Голос – нежный, негромкий, бархатистого тембра – звучал текуче и мягко, завораживая красотой и проникновенностью. Глаза затягивали, словно бездна, взгляд их был ласковым, полным доброты и чуть печальным. Он гипнотизировал, проникал в душу.

Проповедник умолк, люди стали понемногу расходиться. Иуда изумленно смотрел на них. На лицах было умиротворение, в глазах светились радость и надежда. «И это он сделал за полчаса проповеди! – восхищенно думал он. – Воистину, в нем великая сила. Надеюсь, он знает, что с ней делать».

Скоро проповедник остался на вершине холма в обществе одной Магдалины, благоговейно склонившейся перед ним. Он устало опустился на камень, улыбнулся к женщине, которая, наконец, осмелилась заговорить. Иуда продолжал наблюдать за ними. Вдруг он услышал чьи-то шаги, обернулся. Со стороны селения к нему приближался молодой человек. Иуда узнал его – Иаков, старший сын местного богача Зеведея. Они были знакомы, Иаков нравился ему – этот рассудительный и добрый парень разительно отличался по характеру от своего скаредного, хитрого отца, у которого половина Вифсаиды[54] была в долговой кабале.

– Мир тебе.

– И тебе мир, Иаков. Ты ко мне по делу?

Рыбак смутился.

– Я пришел поблагодарить тебя…

– За что?

– Ты спас нас всех от тяжкого греха, помешав убийству, тем более, Магдалина просила у отца защиты… Мне стыдно, что мы послушались этого разбойника. Не суди строго – мы люди простые и часто делаем прежде, чем думаем хорошенько…

– Это верно, к несчастью! Но меня не за что благодарить: не появись этот проповедник, неизвестно, чем бы все кончилось. Ты его слушал?

– О да! Он удивительно говорит! Но он опоздал бы со своей проповедью, если бы не ты. Ты пристыдил нас, напомнил о собственных грехах. И как ты остановил этого верзилу! Ты такой храбрый!

– Спасибо на добром слове! – улыбнулся Иуда. – Я рад, что у вас хватило разума меня услышать. И все же благодарить меня не стоит – я поступил так, как хотел, и стал бы защищать ее даже против всего селения.