Излом необъявленной войны. Первая чеченская

– Слушай, неужели вы в августе хотели идти на город? – удивился я. – Ты бы пошёл? Солдат повёл? А потери? Какие бы бои были? Январский Грозный ты, случаем, не застал? В августе, наверное, похлеще бы было.

– Застал! Ещё как застал! Я тебе так скажу: мы часы считали до конца ультиматума. Я тебе не могу выразить, какая ненависть у нас была. Зубами хотели рвать. Камня на камне не оставить. Живых бы не брали. Всех под корень!

– И многие так?

– Трусов не видел. Ни среди солдат, ни среди офицеров. Спас бандитов Лебедь. По гроб они ему обязаны! Да только кто нас слушал. – Капитан отшвырнул окурок сигареты. – Эх, было время! Какие мы дела делали под командованием Трошева и Шаманова! Вот золото мужики. Ничего не боялись! Настоящие генералы! С такими – хоть к черту в пекло. Возьмём без потерь и флаг водрузим. Тогда жили спокойно. А у боевиков земля под ногами горела. Давили их, как тараканов… Юрченко, что там со связью?

– Та нема, командир, – откликается откуда-то из-за угла блиндажа прапорщик-связист.

– Ну-ну, – безразлично тянет ротный. – Вот ведь анекдот: бригада уходит последней. Полторы тысячи штыков! А всего две «радийки» на всех. Больше никакой связи. Как хочешь, так и выживай…

Я часто потом вспоминал этот разговор. Одинокий капитан в брошенном, оставленном Грозном, окружённый боевиками, нёс в себе такой заряд правды и государственной мудрости, который обжигал своей искренностью и бескомпромиссностью.

Что заставляло их воевать, идти на смерть и принимать муки, когда вокруг была безумная Россия, которая воровала, спускала состояния, спекулировала, дралась, пила и, казалось, напрочь забыла о какой-то там войне? Что заставляло русских офицеров и солдат брать неприступные крепости, голодать, мёрзнуть под улюлюканье НТВ, «Московского комсомольца», «Известий» и им подобных? И только потом ко мне пришло понимание того, что та война, со всей её неразберихой и предательством, нищетой и глупостью, всё равно была для них войной ЗА РОССИЮ!

Это была их форма сопротивления, их вклад в борьбу за единство и целостность нашего государства. И тогда мне открылась ещё одна истина. Я вдруг понял, что Российская армия не проиграла чеченскую войну. Нет! Она честно дралась и, несмотря ни на что, побеждала все два года той войны. Но она не могла её выиграть с этой властью. Армию предали и продали именно потому, что слишком явно и опасно в ней появилось желание и воля воевать и побеждать за РОССИЮ!

…Мы уходили из Чечни. Казалось, уже ничто никогда не заставит нас сюда вернуться. Но тогда я, одинокий фронтовой журналист, не понял того, что происходило в душе армейского капитана, старшего на том блокпосту. Я не понял, что, выполняя постылые лебедевские приказы и подчиняясь дисциплине, офицеры и солдаты уносили в душе и своих сердцах жажду мести, реванша за позор и унижение их Родины, их России.

Да, русские полки ушли из Чечни. И они унесли в своих сердцах горечь измен, бессмысленных потерь, тупых перемирий и предательств. Но на своих боевых знамёнах они видели отсветы штурмовых стягов, поднятых над дворцом Дудаева, над Гудермесом, Аргуном, Дарго, Самашками, Бамутом, Ведено.

Они унесли с собой из Чечни правду этой войны. Память о погибших товарищах и осознанную готовность вернуться сюда снова.

А значит, война была не закончена. Мы должны были вернуться!

И мы вернулись!

Владислав Шурыгин,

корреспондент газеты «Завтра»

Иллюстрации

Начало офицерской службы в Чечено-Ингушской АССР. Август 1980 г.

Добро пожаловать в ад

Перед вводом войск

Начфиз округа Н. Могилинец (в центре) в станице Червлённая

Войска выдвинулись в Чечню.11 декабря 1994 г.

На подступах к Грозному

Грозный. Весна 1995 г.

А. Литовченко возле подорванного стратегического объекта

Кровавый январь

Знаковое место первой чеченской войны – железнодорожный вокзал

Короткий привал после боя

Обряд крещения на передовой

Бамут взят. Генералы и журналисты. Апрель 1996 г.

В августе 1996 года боевики отмечали победу

На переговорах с А. Масхадовым

Секретарь Совета безопасности А. Лебедь

Вертолётчик от бога А. Дзюба

Легендарный лётчик В. Маркелов

Полковник В. Житаренко погиб в новогоднюю ночь

Король горной войны генерал В. Булгаков

Начальник подземного госпиталя В. Курбанов (второй слева)