Израиль и (не)контролируемые территории. Уйти нельзя остаться

Интифада, с одной стороны, и изменения политической линии Иордании и ООП, с другой настолько резко изменили политическую обстановку, что возможность созыва мирной конференции уже отнюдь не казалась несбыточной. В новогоднем обращении к палестинскому народу в начале 1988 года Я. Арафат указал три главные цели: возвращение палестинских беженцев, самоопределение палестинского народа и основание независимого Палестинского государства со столицей в Иерусалиме. 9 января 1988 года Исполком ООП призвал к созыву мирной конференции.

Израильская политическая элита, формально объединенная в тот период в рамках правительства национального единства, на самом деле была расколота. Имея зачастую противоположные взгляды на проблемы, стоявшие перед страной, а также находясь в натянутых отношениях друг с другом, израильские руководители – Ицхак Шамир, Ицхак Рабин и Шимон Перес – не могли выработать консолидированной позиции. И. Шамир выступал за сохранение статус-кво и продвижение по пути фактической аннексии контролируемых территорий, И. Рабин был готов согласиться на некоторую форму палестинского самоуправления, а Ш. Перес в свою очередь всячески лоббировал идею достижения сепаратной договоренности с королем Иордании Хусейном.

В то же время на Ближнем Востоке значительно усилилась дипломатическая активность США, которые предложили несколько планов мирного урегулирования [205] , ключевыми из которых были план госсекретаря Дж. Шульца в марте 1988 года и план сменившего его на посту главы Госдепартамента Дж. Бейкера, представленный в октябре 1989 года.

Важным американским планом, выдвинутым 4 марта 1988 года, был «план Шульца» [206] . Инициатива эта основывалась на Кемп-Дэвидских соглашениях Израиля и Египта от 1978 года, однако термин «автономия», из дипломатических соображений большей привлекательности плана, в нем прямо не упоминался. Госсекретарь США Дж. Шульц разделил реализацию своего плана на три этапа. Первым этапом должна была стать международная конференция, причем провести ее предполагалось в самые кратчайшие сроки. В ней должны были участвовать страны – постоянные члены Совета Безопасности ООН, Израиль, Египет и объединенная иордано-палестинская делегация. Цель этой международной конференции была в том, чтобы, с одной стороны, обеспечить принимаемым решениям и проводимой политике международную легитимацию, а с другой – подтолкнуть участников конференции, непосредственно вовлеченных в конфликт, к прямым двусторонним переговорам. (Ровно в таком формате и с такими целями была созвана в конце 1991 года Мадридская конференция.) После завершения конференции предполагалось начать прямые переговоры между Израилем и иордано-палестинской делегацией. В рамках этой стадии должно было быть достигнуто соглашение о трехлетнем переходном периоде, в течение которого велись бы переговоры о постоянном статусе Западного берега и сектора Газы.

Хотя США представили свой проект как «справедливый, реалистичный, сбалансированный и учитывающий интересы всех сторон», реакция и арабских стран, и Израиля была неоднозначной. Реакция Я. Арафата на инициативу Дж. Шульца была отрицательной, поскольку она не предусматривала прямого участия ООП в конференции в качестве независимого игрока. Единственным арабским лидером, недвусмысленно поддержавшим американское предложение, был президент Египта Х. Мубарак.

Как только израильское руководство начало обсуждать план Дж. Шульца, оно немедленно оказалось перед опасностью раскола. В то время как Шимон Перес поддерживал инициативу Госсекретаря США, Ицхак Шамир был против. Он рассматривал международную конференцию как опасный со стратегической точки зрения шаг, цель которого – заставить Израиль вернуться к границам 4 июня 1967 года. Кроме того, И. Шамир категорически отвергал сам принцип «мир в обмен на территории». В ответ на план Дж. Шульца И. Шамир выдвинул собственные идеи. Он предложил начать прямые двусторонние переговоры между израильской и иордано-палестинской делегациями без прямого вмешательства супердержав. При этом палестинские члены совместной делегации не должны были принадлежать к ООП, с которой И. Шамир никаких переговоров вести не собирался, так как видел в ней исключительно террористическую организацию. Целью переговоров премьер-министр ставил достижение мирного договора с Иорданией, а также определение «будущего арабов Эрец-Исраэль».