Кадеты, гардемарины, юнкера. Мемуары воспитанников военных училищ XIX века

Был конец лета 1855 года, по грунтовой дороге из Тамбова в Воронеж тянулся обоз, или транспорт, в числе нескольких десятков повозок. В передней сидел офицер в сюртуке военно-учебных заведений, а из-под циновок выглядывали веселые и любопытные личики кадет самого маленького возраста — детского. В одной из повозок помещались врач и фельдшер. Это везли из малолетнего Тамбовского корпуса партию кадет для поступления в Воронежский кадетский корпус.

Ехали тихо. Делали привалы для ночлегов, заранее намеченных по маршруту; но делали частые остановки и днем для обеда, чаепития и чтобы дать отдохнуть от жары лошадям. Офицер был очевидно доволен своей командировкой и к тому же, как и сопровождавший транспорт доктор, был любитель природы. Поэтому он почти не пропускал по дороге ни одного тенистого, укромного места, изобиловавшего водой, чтобы не устроить привала с неизбежным чаепитием и закуской. Кадетики были в восторге от каждой остановки. Веселой шумной гурьбой высыпали из кибиток, затевали игры и прыгали от удовольствия. В одной кибитке помещалось четыре мальчика, и по свойству детей каждый в своем уголке устраивался по-домашнему.

В мешочках из рогожи, устроенных в уголках повозок, помещалось все походное хозяйство кадетика. Там были булки, бублики, купленные по пути на сельском базаре, конфекты, припасенные еще в Тамбове, и там же прятались и детские игрушки.

Некоторые из кадет оказались обладателями какой-нибудь галки, голубя, щенка-дворняжки и даже котенка, неведомыми способами приобретенного в пути. Весь этот живой инвентарь растеривался, конечно, по пути, но появлялись новые экземпляры.

На ночлегах кадет помещали в обширном сарае; расстилали солому или сено, накрывали кошмами и укладывали детей. Случалось до обеда остановиться около села в какой-нибудь роще. Солдаты вытаскивали из задних повозок медные котлы, разводили костры, варили борщ, кашу, к которой офицеры покупали в ближайшем селе молока, и устраивался импровизированный пикник. Такое путешествие очень нравилось детям.

В Тамбовском корпусе, как малолетнем, дисциплина не очень строго поддерживалась, а теперь, в этой поездке, которая как для кадет, так и сопровождавшего их начальства казалась увеселительной, — кадет совсем не донимали строгими требованиями. Поэтому они рады были тому, что путешествие тянется долго, и искренно желали его продлить.

Однако же стали поговаривать, что до Воронежа уже недалеко. Вдали показались церкви и колокольни большого города; въехали в предместье. Потянулись сначала немощеные, пыльные улицы. Сильно пахло яблоками и всюду, где только было возможно, были навалены груды фруктов. Затем пошли лучшие, мощеные улицы с разными вывесками; всюду шел усиленный ремонт зданий; каменщики и штукатуры были видны чуть не на каждом доме и сопровождали свою работу звонкими песнями. Показался широкий плац, окруженный аллеей, обсаженный деревьями, и кадеты увидали огромное желтое здание Михайловского Воронежского кадетского корпуса, в стенах которого им предстояло прожить несколько лет.

Оказалось, что воронежские кадеты еще не возвратились из лагеря, и в залах, спальнях и коридорах корпусного здания царила полная пустота. Всюду пахло свежей краской после только что оконченного ремонта. В пустых комнатах гулко раздавалось каждое сказанное слово и шаги вновь прибывших детей. Их поместили в младшую роту и стали ожидать прихода батальона из лагеря.

Через несколько дней в послеобеденное время раздались звуки барабанов и рожков, и на кадетский плац перед зданием корпуса вступил батальон кадет со знаменем, в полной походной форме, то есть в касках без султанов, в ранцах и с ружьями. Прибывших из Тамбова кадет поразила и заинтересовала эта военная обстановка, так как в малолетнем Тамбовском корпусе таковой не было, кадеты ходили только в фуражках и даже не имели тесаков. С истинным любопытством смотрели они во время молебствия по случаю благополучного возвращения из лагеря на всю торжественную обстановку молебна и на относ знамен в квартиру директора корпуса.

Воронежцы узнали, конечно, о прибытии тамбовцев, и явилось много желающих посмотреть на вновь прибывших. Старшие роты производили свой осмотр, с олимпийским величием посматривая на тамбовцев. Младшая же рота, куда поступили новички, принялась за обычную дрессировку, то есть за всякие поддразнивания, задирания, а часто и обиды. Мальчики все это терпели и ежились.

На другой день рота была выстроена в зале, и собрались все ротные офицеры.