Как хочет женщина. Мастер-класс по науке секса (7-е изд., обновленное и дополненное)

Когда вы верите, что с вами что-то не так, в действие вступает стрессовый ответ. А когда в действие вступает стрессовый ответ, интерес к сексу (у большинства людей) испаряется. Утверждая, что спонтанное желание — единственный «нормальный» вид желания, вы внушаете здоровым людям с ответным желанием, что они больны. Повторите это достаточное количество раз, и в конце концов они вам поверят. А когда они вам поверят, это внезапно станет правдой. Так миф делает людей больными.

Именно такую картину я наблюдала, когда в Управлении по санитарному надзору за качеством пищевых продуктов и медикаментов (FDA) проходил регистрацию препарат «Флибансерин» для лечения «сниженного желания». Это таблетка, которую нужно принимать каждый день. Что она дает? Согласно проведенному FDA анализу данных, женщины, принимавшие препарат, дополнительно имели менее одного «удовлетворительного сексуального события» в месяц по сравнению с женщинами, принимавшими плацебо. В целом примерно 12 % участниц исследования наблюдали «по крайней мере минимальное улучшение» по сравнению с теми, кто принимал плацебо, — это значит, что около 88 % участниц не испытали даже минимального улучшения по сравнению с плацебо[153]. (Неудивительным образом препарат не имел на рынке большого успеха.)

Второй препарат, одобренный в 2019 году, представляет собой инъекцию в брюшную полость, которую нужно сделать себе примерно за час до секса. По данным клинических испытаний, он не увеличивал частоту половых контактов, а также, по данным опроса участниц, не увеличивал их сексуальное удовлетворение. Впрочем, он повышал баллы участниц в обзорной анкете об их сексуальной жизни — анкете, разработанной фармацевтической промышленностью[154]. (Этот препарат тоже не имел успеха на рынке. Неудивительно.)

Но самое главное в этой истории заключается не просто в том, что препараты «не работают» — то есть не увеличивают спонтанное желание или частоту половых контактов почти ни у кого, за исключением, возможно, крайне небольшой группы женщин. Самое главное заключается в том, что даже те женщины, на которых эти препараты «подействовали», изначально не нуждались ни в каком лечении.

Одна женщина, участвовавшая в испытаниях «Флибансерина» и получившая от этого опыта положительные впечатления, рассказала Cosmo, какой была ее сексуальная жизнь до того, как она начала принимать препарат[155]. Она сказала: «Стоило мне начать, и дальше все происходило без всяких проблем. Но заставить себя начать было непросто».

Звучит знакомо? Это ответное желание. Здоровое и нормальное. Другая участница сказала нечто похожее: «Мне по-настоящему не хватает желания заниматься сексом. Ненавижу, что для этого мне приходится специально как-то „подогревать“ себя. От этого я чувствую себя неполноценной. Мне нужно очень сосредоточиться и приложить много усилий, чтобы физически и морально настроиться на секс»[156].

Снова и снова в крупных СМИ публиковали отзывы участниц исследования, из которых было ясно, что они обладают вполне функциональным ответным желанием[157]. Которое является здоровым и нормальным! Эти женщины состояли в прочных отношениях, у них было хорошее здоровье — и то и другое было обязательным условием для участия в испытаниях препарата, — но при этом они считали свое ответное желание болезнью. И поэтому они чувствовали себя неполноценными.

Конечно, они чувствовали себя неполноценными. Им рассказывали то же самое, что и всем нам, и этому учили даже их врачей: сексуальное желание «обязано» быть спонтанным. Человек, который не может спонтанно захотеть секса, болен.

Может ли ощущение себя больными и неполноценными запустить акселератор?

Кажется, мы начинаем понимать: постоянно рассказывать женщинам, что они сломаны, — отличный способ сломать их.

Самым ярким примером этого для меня стало слушание FDA по «Флибансерину». Член комиссии FDA, уролог доктор Фил Ханно спросил, почему женщины, участвовавшие в исследовании, имели в среднем два-три «удовлетворительных сексуальных события» в месяц до начала испытания препарата?[158] Если у них не было желания, почему они вообще занимались сексом?

Как бы вам сказать… о’кей, доктор Ханно. Я могу называть вас Фил? Так вот, Фил. Иногда женщины занимаются сексом, потому что им скучно. Иногда они занимаются сексом, потому что их партнеры хотят заниматься сексом, а они любят своих партнеров — «ну конечно, милый, давай сделаем это». Иногда они делают это, чтобы прекратить ссору. Иногда это происходит потому, что они переполнены любовью и хотят ее как-то выразить, а секс кажется им подходящим для этого способом[159].

Но представитель фармацевтической компании сказал в ответ следующее:

— После того как они приступают, процесс доставляет им удовольствие.