Как мы стали людьми. Поиски истоков человечества

Есть и еще одно обстоятельство, над которым нам следует задуматься, когда мы, оглядываясь назад, обозреваем наш эволюционный путь. Полные геномы двух неандертальцев, найденных в Хорватии и Южной Сибири, различаются лишь на 0,16 % своих базовых пар[291]. Несмотря на то что этих индивидов разделяло расстояние в 5500 километров, с генетической точки зрения они были практически идентичными. Так что родственная связь между ними была теснее, чем между любыми двумя случайными людьми из тех семи миллиардов, которые сегодня живут на Земле. Это свидетельствует о чрезвычайно низкой плотности популяции неандертальцев, населявших очень обширные регионы. По оценкам палеогенетиков, эффективный размер популяции у неандертальцев и денисовцев – то есть число особей репродуктивного возраста, достаточное для поддержания популяции, – составляло всего 2000–3000 индивидов. У человека разумного же в то время этот показатель был в пять раз выше

[292]. Если размер популяции опускается ниже этого критического числа, возрастает риск возникновения генетических отклонений у потомства, зачатого родителями, между которыми существует слишком близкая родственная связь. Как результат, снижается фертильность и увеличивается смертность.

Однако Европу предположительно населяло всего несколько тысяч неандертальцев. Число охотников и собирателей, которые жили там в очень суровых условиях во время последнего ледникового периода, составляло всего-навсего несколько сотен человек, что в конце концов и стало причиной их вымирания[293]

. Даже во время теплых периодов, когда климатические условия были более благоприятными, население Евразии не превышало полумиллиона или миллиона человек, принадлежавших к тому же разным видам[294]. Все они жили маленькими группами от 25 до 50 индивидов, рассредоточившись по огромной территории от Англии до Камчатки и от Сибири до Индии. Результаты многих исследований свидетельствуют о том, что в конце последнего ледникового периода Евразию все еще населяло лишь 10 000 человек. В общей же сложности число людей на всей голубой планете тогда едва ли многим превышало миллион. Эволюционный проект под названием «человек» стоял на грани провала.

Ситуация изменилась лишь около 10 000 лет назад, когда современные люди научились разводить скот и выращивать злаки. Благодаря оседлому образу жизни и земледелию количество людей увеличилось в разы, что стало причиной также все более сильного влияния на окружающую среду. Находчивые разумные люди выкорчевывали целые леса, одомашнивали животных, выращивали растения и – в то же время – в результате охоты безвозвратно истребляли все большее количество видов. С течением времени человек все четче осознавал себя не как часть окружающей среды и переселялся в города, где создал свое собственное царство. Число людей росло огромными темпами, как и их потребность в ресурсах. Своего пика данный процесс развития достиг в последние 70 лет, и по этой причине ученые даже говорят о новой эпохе в истории Земли: антропоцене, то есть эре человека. Вне всяких сомнений, человек возвысился над миром животных, и, вероятно, последствия у этого будут трагическими.

Опасность для всего человечества исходит далеко не от одних климатических изменений. Такая перспектива была бы слишком узкой. Нам грозит скорее целый ряд кризисных процессов, затрагивающих все системные элементы нашей планеты: атмосферу, океаны, флору, фауну и почву. По моему мнению, особенную опасность для нас представляют две тенденции: уничтожение природных сред обитания и увеличение числа различного рода конфликтов, которые ведутся ради доступа к оставшимся ресурсам. Если человечеству не удастся остановить резкий рост населения и перейти к новой экономической системе не экстенсивного характера, то нас ожидает настоящая катастрофа. И катастрофа эта будет не климатической, а скорее социальной. Но это уже другая история, которой следует посвятить отдельную книгу.

Благодарности

Многолетняя дружба, выходящая за пределы научной деятельности, связывает меня с моими коллегами Николаем Спасовым и Дэвидом Беганом. Без оживленных дискуссий, которые мы вели во время раскопок и при анализе ископаемых останков, многие мои труды так и не появились бы на свет, в том числе и эта книга. Работать вместе с ними – большая привилегия для меня. В равной степени меня наполняет гордостью, что столь выдающийся художник, как Велизар Симеоновски, при помощи своих невероятных картин нашел графическое воплощение результатам наших исследований.

Мне также хотелось бы поблагодарить своих сотрудников, аспирантов и многочисленных студентов, которые с упорством и неподдельным интересом принимали участие в долгих раскопочных и полевых работах, а затем и в лабораторных исследованиях. Многое из того, о чем повествует эта книга, – результат в том числе и их усилий.