Как написать сценарий фильма: комедия, драма, процедурал, мелодрама, триллер и не только

В третьем акте «Титаника» нам показывают старую женщину, в которую превратилась Роуз; но прежде всего, серия фотографий на ее прикроватной тумбочке сообщает нам, что она пилотировала самолет, ездила верхом… Короче говоря, в символической форме режиссер говорит зрителям, что, вопреки тому будущему, которое ей уготовила семья, героиня-протагонист стала реализованной, современной женщиной. Третий акт подкрепляет мысль о том, что она достигла своей цели и сделала все не зря.

В третьем акте «Полуночного экспресса» главный герой, сбежавший из турецкой тюрьмы, прибывает в аэропорт, его встречает жена. Все в слезах. Таково еще одно современное переложение фразы «они поженились и жили долго и счастливо…» Та же идея в финале фильма «Бриолин», где двое влюбленных, наконец-то публично признавшись в любви, садятся в машину и уносятся в облака.

Счастливый или несчастливый финал?

Если в вашем синопсисе концовка прописана недостаточно четко, продюсер обычно просит рассказать о ней, чтобы убедиться, что вы предпочли счастливый конец. Противоположный вариант способен создать проблему, ведь, если протагонист умрет или не женится на красавице, это может отразиться на количестве проданных в кинотеатрах билетов. Данный вопрос всегда служил источником конфликта между режиссерами и продюсерами, как в случае с «Бегущим по лезвию» Ридли Скотта и «Печатью зла» Орсона Уэллса.

С «Китайским кварталом» Романа Полански дело обстоит несколько иначе, поскольку там конфликт возник между режиссером и сценаристом Робертом Тауном. Таун настаивал на очень мрачном финале, а Полански хотел, чтобы злодей был наказан. В тот раз победил сценарист, в итоге фильм считается одним из самых мрачных из когда-либо снятых.

Европейская кинематографическая традиция в меньшей степени привязана к счастливым финалам, что отчасти объясняется появлением в 1930-х годах «поэтического реализма», любимого Жаком Превером, и чуть позже – итальянского неореализма. Авторы той эпохи не боялись сочинять истории, которые заканчивались плохо. Типичным примером такого мрачного фильма является «День начинается» Марселя Карне. В нем рассказывается история мужчины, сыгранного Жаном Габеном, которого полиция осаждает в его парижской квартире из-за того, что он совершил преступление на почве страсти. В итоге протагонист кончает жизнь самоубийством вместо того, чтобы провести ее остаток в тюрьме.

В США рождение фильма «нуар» также привело к появлению менее прямолинейных, более человечных героев, которые иногда предавались таким порокам, как алкоголь или азартные игры. Хамфри Богарт стал одним из основоположников этой метаморфозы благодаря своим ролям циничных частных детективов (например, в фильмах Джона Хьюстона «Мальтийский сокол» и Говарда Хоукса «Глубокий сон»).

Некоторые сценаристы предпочитают дарить зрителям немного свободы в третьем акте. В фильме «Великолепие в траве» третий акт оставляет под вопросом будущее героини Динни. В кульминационный момент она увидела любимого мужчину Бада, но тот уже женат. Поэтому она отправляется на машине со своими друзьями к человеку, за которого должна выйти замуж. В третьем акте мы видим ее лицо и понимаем, что героиня отправляется в новую жизнь, не имея возможности определить, счастлива она или в отчаянии.

Еще более расплывчато выглядит третий акт фильма Фатиха Акина «На краю рая» – это длинный неподвижный план, в котором главный герой сидит на пляже спиной к зрителям, лицом к морю.