Как научиться шутить. Инженерный подход к юморотворчеству

Спонтанный юмор на голову эффективнее запланированного. Стоит только приступить к подготовке собеседника к шутке – и вы сразу же потеряете важнейшее преимущество неожиданности. Семейные люди знают, что так же стремительно исчезает очарование и у секса по расписанию.

Ведь кульминация должна быть сродни взрыву, после того как огонек по бикфордову шнуру добежал до динамита. Но если люди уже настроены на взрыв, то поразить их будет гораздо сложнее.

Вспомните, как вы сами чувствовали себя дискомфортно в предвкушении, пока рассказчик разгонится перед финалом.

Юмор, как джаз, – чем спонтаннее, тем лучше.

Вот поэтому один из советов, которые профессиональные комики дают начинающим коллегам, звучит так – никогда не начинайте историю со слов «Сейчас вы услышите нечто поистине смешное…»

Когда публика в курсе, что вы собираетесь шутить, срабатывает тумблер внутреннего сопротивления и внезапно возникает дух противоречия – а ну-ка докажи.

Планка у органичного «бесшовного» юмора существенно ниже. Даже слабый каламбур могут тепло и благодарно принять, если он прозвучал неожиданно. Юмор, как джаз, – чем спонтаннее, тем лучше. Случайно оброненная шутка – это комедийное золото.

Самый заразительный юмор у президента

Еще одна причина дефицита веселья, которую стоит иметь в виду, – это присутствие в аудитории большого начальника.

Если у шефа хорошее чувство юмора, считайте, что вам повезло. Тогда и подчиненные ощущают себя свободно и полагают, что имеют полное право хохотать. Нет смеха заразительнее, чем смех руководителя.

Как только вы пошутите, все в зале смотрят на реакцию босса. И если тот не смеется, никто не смеется. Как говорится, чем удачнее шутки подчиненных, тем больше в стране безработных.

Но иногда бывает и наоборот. Председатель Комитета по кинематографии Алексей Романов посчитал знаменитую сегодня «Кавказскую пленницу» аморальной и назвал ее «возмутительной антисоветчиной».

Ему не понравилось все: сценарий, песни, розыгрыши. Съемочная группа получила низкие оценки и с тревогой ожидала запрета комедии.

Но через пару дней картине неожиданно присудили первую прокатную категорию (рис. 10.9).

Плакат из архива автора

Рис. 10.9. Кинолента заняла 4-е место по посещаемости среди всех отечественных фильмов за всю историю СССР

Оказалось, что вечером после просмотра в Госкино позвонил помощник Брежнева и попросил прислать на дачу генсека что-нибудь свеженькое. Дежурный ничего не знал о решении комитета по цензуре. Поэтому отправил в Заречье крамольную работу Гайдая.

Смех – лучшая рецензия

Главу страны добродушная комедия сильно рассмешила. Это и решило судьбу фильма, который при ином раскладе мог легко пролежать на полке много лет.

Новые приключения обаятельного студента Шурика стали лидером проката – их посмотрели рекордные 77 миллионов человек (почти каждый третий житель Советского Союза) только в год премьеры, а на сегодняшний день это число исчисляется уже миллиардами.

Ну а если до кого-то из начальства шутки кинематографистов все-таки не дошли, то предъявлять претензии почте бессмысленно.

Глава 11 Я пишу, потому что не могу рисовать

Настоящему философу интересны только две вещи – он и счастье человечества.

Александр Кондратьев,физтех, журналист, эрудит

Философский юмор тонок, поучителен и прекрасен. Но писать о нем нечего. Он не поддается алгоритмизации. Поэтому просто вкушайте и наслаждайтесь им, никуда не торопясь.

* * *

– Наша жизнь похожа на стакан чая.

– Почему?

– Не знаю, я же не философ[80].

* * *

Мужчине исполнилось 40 лет, и его настиг кризис среднего возраста. Он бросил работу, семью, дом и уехал в Индию – искать смысл жизни. Теперь смысл жизни у него есть: вылечить гепатит.

* * *

В одном городе, где-то на Ближнем Востоке жил уже немолодой гончар. Жил неплохо. У него был дом, жена, дети, достаток. И город был неплохим. Соседи его уважали. Семья любила. Но сам он не чувствовал себя счастливым.

От путников, проходивших через его город с караванами верблюдов, слышал он о прекрасных городах и людях, которые были где-то там, за пустыней.

И вот решил он уйти туда, в эти новые прекрасные места. Никому он не сказал об этом. Взял вино, сыр, лепешки и еще до рассвета, когда все спали, покинул родной дом.

Очень скоро он вышел за городские ворота и очутился в каменистой, мрачной пустыне. Он шел весь день, а когда наступила ночь, расположился на ночлег прямо под открытым небом, завернувшись в одеяло и предварительно выпив вина.

А чтобы не сбиться с пути и знать, в какую сторону идти завтра утром, он лег головой точно в направлении завтрашнего движения. Ночью он много ворочался и в конце концов перевернулся так, что его голова оказалась прямо в противоположной стороне к той, куда он шел.