Как разговаривать с подростком о вечных истинах

Но все это неправильно, все не так! Не ум, а сердце - главное в человеке. Сердце - способность любить, верить, надеяться, глубоко чувствовать. Умный - это очень хорошо, но как мы все любим сердечных, теплых, расположенных ко всем людей!

Каждому и каждой из вас придется делать выбор, каждому придется создавать семью. Встретив умного человека, не обольщайтесь, спросите себя: а есть ли у него сердце? А глубокое ли у него сердце? А умеет ли он любить?

Тяжело жить рядом с глупым. Но еще тяжелее - с бессердечным.

Пусть всем повезет, пусть каждому встретится умный и сердечный человек. Он обязательно встретится, если мы будем знать, что же именно должны ценить в людях: сердце и ум.

О страшных романах

Утром старую графиню из пушкинской «Пиковой дамы» одевали три девушки. «Одна держала банку румян, другая коробку со шпильками, третья высокий чепец с лентами огненного цвета». Вошел молодой офицер Томский, внук графини, началась светская болтовня о вчерашнем бале, потом графиня попросила внука: «Пришли мне какой-нибудь новый роман, только, пожалуйста, не из нынешних». И пояснила: «То есть такой роман, где бы герой не давил ни отца, ни матери и где бы не было утопленных тел. Я ужасно боюсь утопленников!»

Если говорить нынешним языком, графиня просит внука не присылать ей триллеров, ужастиков - романов, полных насилия, где герой может удавить, задушить отца или мать.

Как видим, всегда одно и то же. Нам кажется, что книги и фильмы с убийствами и насилием - это беда лишь нашего времени. Произносят пламенные речи, проклинают телевидение, говорят: «Раньше этого не было». Все было, и всегда, даже сто пятьдесят лет назад эти страшные книги казались «нынешними», то есть новыми.

Можно понять старуху графиню, которая боится утопленников. Да кто их не боится? Но вообще-то говоря, зачем пишут страшные книги? Зачем ставят фильмы-триллеры со всевозможными вампирами и оборотнями?

И зачем читают их люди? Ответить нетрудно: затем же, зачем в парке катаются на аттракционах, летят вниз головой, так что кажется - сейчас сердце из груди вырвется. Человека, даже самого нормального, тянет иногда к страшному. Ему хочется испытать все чувства, в том числе и чувство ужаса. Есть такое выражение - «пощекотать нервы». Вот это оно и есть - желание хоть на минуту вырваться из обыденной жизни, где ничего не происходит, где нет места для сильных волнений. Люди ведь читают книги или смотрят фильмы не для того, чтобы чему-нибудь научиться, как нам говорят, а просто потому, что книги и фильмы вызывают переживания, а иногда и страдания - почти как настоящие. Если книга не вызывает никаких чувств, мы говорим, что она скучная, и откладываем ее в сторону.

Но все эти триллеры, все эти нынешние книги про утопленников и убийц опасны другим: человек привыкает только к таким приключенческим, детективным сочинениям, и мимо него проходят шедевры, то есть лучшие книги мировой литературы. Кто начитался триллеров, тому Тургенев покажется пресным - и жизнь пройдет без Тургенева. Так один за другим отвергаются классики, и человек остается необразованным, темным, хотя он, может быть, с утра до вечера читает.

Не такой уж плохой вкус был у графини, боявшейся утопленников.

О живой любви

Вот, быть может, самые известные стихи Пушкина; почти все люди знают их наизусть, и вы, конечно, не раз слыхали эти чудесные восемь строк:

Я вас любил: любовь еще, быть может, В душе моей угасла не совсем;Но пусть она вас больше не тревожит;Я не хочу печалить вас ничем.Я вас любил безмолвно, безнадежно, То робостью, то ревностью томим; Я вас любил так искренно, так нежно, Как дай вам бог любимой быть другим.

Кажется, будто речь идет о чувстве, которого почти нет - осталась лишь память о нем.

Но нет, это живое чувство.

Любовь не бывает памятью, любовь - всегда живое, или ее нет.