Как Золотая Орда озолотила Русь

«…прямо перед ним (Тимуром) прорвало центр войска, и он оказался в толпе заворотивших коней бегущих гулямов. Тимур ринул вперед, и вот уже перед ним и перед его немногочисленною дружиной оскаленные конские морды, сабельный блеск и победный клич, режущий уши. Тимур горбит широкие плечи, у него ломается копье, падает смертельно раненный конь, и Тимур чудом успевает вырвать увечную ногу из стремени и вскочить на ноги. Он отбивается саблей. Его нукеры падают один за другим. Кто-то, кажется, бежал (не забыть наказать после боя!). Он остается и продолжает драться…» Это литература. Но к вечеру Тохтамыш опять приказал отступать, посчитав битву проигранной. И тут возникает вопрос: а что это было? Разгром дилетантов или всё-таки поражение дилетанта? А именно – Тохтамыша. И очень похоже, что на Тереке произошло второе. Ведь если б Тохтамыш, подобно суровому и матёрому одноглазому Кутузову, не раз контуженному и калеченному (как, кстати, и хромой Тимур), просто стоял бы на месте, его сильные и отважные татарские воины ни за что не обратились бы в бегство. Они положили бы половину, а может, и две трети войска, но нанесли бы врагу такие страшные потери, что никакой Тимур бы не решился продолжать наступление в глубь Золотой Орды.

А потом началось то, что всегда начинается во время отступления. Тимур двигался по пятам, не отставая и не давая Тохтамышу вздохнуть и собраться с силами. Все силы, собрав в кулак, Тимур вел за собою по правому берегу Волги, разоряя на своем пути все ордынские города и кочевья, твердо намереваясь осуществить свою угрозу: уничтожить Тохтамышев «иль» до конца.

Наиболее ярыми противниками Тимура были Бек – Ярык-оглан и найоны Актау и Утурку. Их преследовали с особым тщанием. В местности Манкерман, на реке Узи (под Киевом), его рати ограбили улус Бек-Ярык-оглана. На Дону Тимур еще раз окружил Бек-Ярык-оглана.

Актау со своим туменом «ушел от преследования в Рум и поселился там». Султан Баязет очень и очень мог, тем паче в преддверии войны с Тимуром, принять к себе ордынского беглеца… Утурку скрывался от Тимура на Кавказе, в ущельях Эльбруса, но тоже был разгромлен, пойман и убит. Бек-Ярык-оглану, окруженному на Дону, и на этот раз удалось вырваться. Бек-Ярык бежал от Тимура на Русь.

На Москву тревожные слухи начали доходить только в июле, когда выяснилось, что Темерь Аксак не только разбил Тохтамыша, но и преследует остатки его войск, продвигаясь к северу, всё уничтожая на своем пути.

Вел. кн. Василий стал собирать войска. Войска выставляли по Оке, по привычке оставляя Рязанское княжество на милость захватчиков. Меж тем войска Тимура вышли к границам Руси – в августе 1395 г. был взят Елец.

Весть о разгроме Ельца, ставшего новым Козельском, обрушилась на Москву. Передавали, что елецкий князь с дружиной своей героически пал в битве на валах города. Когда Василий, как великий князь, сделал уже всё, что было в его силах, митрополит Киприан предложил последнее средство. Он предложил перенести в Москву из Владимира чудотворный образ Пречистой Богоматери, когда-то привезенный во Владимир из Киева Андреем Боголюбским, а в Киев доставленный из Царьграда.

В Москву икона была доставлена 26 августа 1395 г. В тот же день, двадцать шестого августа, в день сретения иконы на Москве, Тамерлан повернул свои рати и ушел на юг, так и не тронув ни Рязанского княжества, ни Москвы. В преданиях существует легенда, что ему явилась в видении сама Богородица, грозно провозгласив, что в случае атаки русского войска его ждёт неминуемый разгром и гибель, что Тимура постиг мгновенный ужас, воспретивший ему двигаться дальше к северу… А и то верно: что бы ему не призадуматься? Перед ним стояла армия, которая сделала в полевых сражениях сначала Бегича, потом Мамая, потом Тохтамышевы отряды у Волоколамска. В поле эту армию теперь можно было разбить только в стельку пьяную, как у Пьяны. Но сейчас они трезвы и в строю, сосредоточенно молятся.

Можно напомнить и иное: кончался август. От Ельца до Москвы путь не близок. Сохранившиеся части Тохтамышевых войск отступили в Крым и на Северный Кавказ. Появись во главе их дельный полководец, и Тимур, отрезанный от своих баз, попал бы в очень затруднительное положение. Рисковать новою войною не стоило. Тем более на два фронта. Говорилось и то, что Тимуру донесли о якобы неисчислимом урусутском воинстве. Этого точно мы не знаем. Но дата его ухода к югу совпала с датою сретения чудотворной иконы Богоматери на Москве день в день. Этого Киприан, во всяком случае, как бы ни жаждал того, ни выдумать, ни устроить не мог.

Тимур повернул к низовьям Дона, взял и разрушил Азов. Разгромил черкесов и аланов на Северном Кавказе, проделав трудный путь по выжженной степи, всюду уничтожая, превращая войну с Ордою в истребительный религиозный джихад. И уже зимой Тимур взял Сарай и Хаджи-тархан, предоставив воинам их разграбить, после чего сжег города, разметав развалины мечетей, медресе и дворцов.