Церемония проводов происходила быстро. Командир подразделения, отправляющий пилотов на задание, зачитывал приказ командования, в котором выражалась уверенность в том, что воины под покровительством Священного духа Ямато и сопровождаемые в полете душами ками сделают все возможное для выполнения задачи, прежде чем обретут вечный покой. Вслед за этим старший офицер наливал каждому воину в чашку сакэ. Летчики с поклоном принимали напиток и выпивали его. Сакэ выпивалось не для того чтобы опьянеть (алкогольного напитка могло быть очень мало) или снять напряжение, а в соответствии со старинной традицией. В феодальной Японии сакэ или просто вода (мидзусакадзуки — прощальная чашечка воды) выпивались обычно при расставании (возможно, вечном) воина с воином или с родственниками перед сражением. Чашками с сакэ символически обменивались на прощание. Вслед за последними напутственными словами начальника, летчик, как бы присутствующий на собственных похоронах, отдавал честь, благодарил командира за включение его в состав группы смертников, говорил тем, с кем он летел на задание и остававшимся на аэродроме другим камикадзе: «До встречи в храме Ясукуни» (Ясукуни дэ аоу) и направлялся к кабине самолета, украшенной цветами.
Иногда букеты цветов перед самым вылетом пилотам вручали их командиры и школьницы. Перед общеяпонским национальным «праздником мальчиков» («танго» или «танго-но сэкку», проводится 5 мая) камикадзе дарили изображение бумажных или матерчатых карпов — «коинобори», считавшихся самураями среди рыб и являвшихся обязательной принадлежностью этого праздника.
Нередко пилотам в кабину давали для психологического успокоения завтрак в коробке — «бэнто», состоявший из той пищи, которую по утрам ежедневно ест подавляющее число японцев — рис, натто (соевые бобы, перебродившие, подсушенные и превращенные в массу) и жареную рыбу. Последний завтрак вызывал у камикадзе нередко грустные сантименты: «С таким хорошим завтраком улетать спокойнее. Я думаю, что возьму с собой еще сушеного бонита от господина Татэиси. (Бонито — полосатый (малый) тунец. — А С.) Бонито поможет мне подняться на поверхность океана, мама, и приплыть к вам», — писал матери лейтенант Хаяси.
Перед вылетом смертников остающиеся на аэродроме товарищи запевали для них старинные военные гимны или патриотические песни. Одну из таких песен со зловещим содержанием в своей книге привели Иногути и Накадзима:
Вылет группы камикадзе на задание сопровождал бой больших барабанов, являвшихся непременным традиционным атрибутом воинов японского средневековья. Барабанный бой вызывал у самураев сильный эмоциональный подъем и использовался для передачи сообщений на расстоянии. В Японии ритуальные барабаны считались одушевленными предметами потому, что после изготовления деревянной части барабана душа дерева переходила в барабан. Поэтому «голос» барабана, как полагают японцы, считается «голосом богов». С его помощью они ведут диалог с человеком, который заряжается от инструмента энергией посредством невидимой энергетической коммуникации. В древности с помощью барабанов лечили больных и отпугивали злых духов, что позволяет предположить их связь с шаманизмом и шаманскими бубнами, которые использовались для лечения людей. В средние века барабаны помогали медитации. Барабанная дробь способна не только оказывать благоприятное воздействие на человеческий организм, но и вызывает сильную ответную реакцию людей на игру, организует индивидуума, придает бодрость и боевое настроение, дает мужество и силу духа. В самых торжественных случаях, во время состязаний (по кэндо и каратэ) и особенно перед настоящим боем барабаны были незаменимы. В барабаны начинали бить перед вылетом летчиков и обрывали бой с отрывом от земли последнего самолета группы камикадзе.