Катастрофа в Восточной Пруссии. Августовское сражение 2-й русской армии в 1914 г.

«Перейти в наступление сегодня же под Гумбиненом и южнее уже невозможно, так как 17‑й арм. корпус больше неспособен к атаке, к тому же получены донесения о наступлении, по крайней мере, трех корпусов, от Варшавы, Пултуска и Ломжи. Поэтому на восточном фронте намечено задержаться с 1‑м рез. корпусом на укрепленной позиции на р. Ангерап. Главный резерв крепости Кёнигсберг направлен туда походным порядком: 1‑й арм. корпус, если окажется возможным, будет перевезен по железной дороге в Кёнигсберг, Грауденц и прилегающий район. 17‑й арм. и 1‑й рез. корпуса двинуты походным порядком в западном направлении на Вислу, чтобы остановиться как можно севернее. Отход не может быть проведен без боя. Для поддержки 20‑го арм. корпуса 3‑я рез. дивизия должна быть перевезена по железной дороге из Ангербурга в Алленштейн.

2‑я ландв. пех. бригада сильно потрепана конницей против пика, части, находящиеся и Инстербурге и в Тильзите, стараются отойти на Кёнигсберг, но на них сильно наседают 2 кавалерийские дивизии противника. Здесь всего действуют со стороны русских восемь кавалерийских дивизий[15].

Приведенное объяснение командования 8‑й армии в некоторой мере вскрывает неудачи немцев в бою под Гумбиненом. Вмеете с тем оно страдает неопределенностью в вопросе о порядке отхода 17‑го арм. и 1‑го рез. корпусов, а также характеризует растерянность штаба армии при сложившейся обстановке, чего коснемся особо.

Решение командующего 8‑й армией о направлении 17‑го арм. корпуса на Алленбург, Фридланд, а 1‑го рез. корпуса следом за ним по более южному маршруту вызвало поправку ген. Мольтке. «Более северное направление» названных корпусов вызывалось тем обстоятельством, что 20 и 21 августа ген. Притвиц опасался удара с юга со стороны 2‑й русской армии. Ввиду этого начальник оперативного управления генерального штаба ген. Штейн 21 августа в 13 ч. 30 м. в разговоре по телефону с начальником штаба 8‑й армии графом Вальдерзее рекомендовал двинуть 17‑й арм. и 1‑й рез. корпуса походным порядком за линию озер в направлении к 20‑му арм. корпусу. Вальдерзее ответил, что доложит об этом командующему армией[16].

Спустя полчаса ген. Мольтке в 14 ч. 00 м. передал командующему 8‑й армией приказание о необходимости держать армию сосредоточенной и предложил обдумать отход под прикрытием линии озер к 20‑му арм. корпусу[17]

.

Обращаем внимание читателя на то обстоятельство, что ген. Мольтке и ген. Штейн требуют, чтобы 17‑й арм. и 1‑й рез. корпуса были направлены на 20‑й арм. корпус, который в то время располагался на фронте Едвабно – Нойденбург, где предполагал встретить 2‑ю русскую армию контрнаступлением.

Однако командующий 8‑й армией остается верен своему плану перегруппировки армии. В 20 ч. 02 м. 21 августа он ответил ген. Мольтке, что один русский армейский корпус в 6 ч. 30 м. утра проследовал через Пилькален на Гумбинен[18], что против Лыка и Иоганнесбурга наступают значительные силы, не считая трех корпусов с Нарева, что рекомендованное движение в настоящее время ген. Притвиц считал невыполнимым и потому армия будет продолжать движение в западном направлении, а для сосредоточения армии 1‑й арм. корпус будет по железной дороге подтянут к правому флангу 20‑го арм. корпуса, 3‑я рез. дивизия – по железной дороге на Дейч-Эйлау.

Мольтке лично пытался два раза беседовать с ген. Притвицом по телефону относительно плана дальнейшей операции и к вечеру 21 августа, наконец, выяснил, что ген. Притвиц не уверен в том, что ему с его слабыми силами удастся удержать даже рубеж Вислы.

Положение 8‑й герм. армии было действительно не блестящее. Командующий 8‑й армией ген. Притвиц и его штаб, видимо, так или иначе узнавшие о поведении вверенных им войск под Гумбиненом, не питали, да и не могли питать особых иллюзий при предстоявшем столкновении со 2‑й русской армией, а также не были уверены в благоприятном отходе войск из-под Гумбинена.

Только 21 августа командование 8‑й герм. армии стало приходить в себя. Корпуса с р. Ангерап отходили беспрепятственно, 1‑я русская армия не преследовала. Кроме того, штаб армии получил сведения от 1‑го рез. корпуса о хорошем настроении личного состава этого корпуса, а также о подобном настроении 20‑го корпуса. По свидетельству Шефера, в полдень 21 августа начальник штаба 8‑й армии ген. Вальдерзее выразил мысль о том, что можно подумать о наступлении в южном направлении.

Вечером 21 августа в приказе по армии объявлялось о перегруппировке сил в Восточной Пруссии к правому флангу, чтобы перейти в наступление против левого фланга новых сил противника[19] (подразумевалась 2‑я русская армия). Сосредоточение армии было намечено в районе Торн, Алленштейн.