Катастрофа в Восточной Пруссии. Августовское сражение 2-й русской армии в 1914 г.

2‑му арм. корпусу обеспечивать правый фланг армии от покушений противника, могущего дебушировать из проходов Мазурской озерной полосы. Для сего наступать на фронт Лётцен, Иоганнисбург, действуя энергично против фронта Арне, Иоганнисбург, прикрывая себя от ударов со стороны Лётцена. Наступление начать 17 августа.

Остальным корпусам, кроме 1‑го, начать наступление 18 августа. При этом для наступления 6, 13 и 15‑му корпусам предоставляются полосы, указанные в приказе 2‑й армии от 11 августа № 1, как район разведки (см. карту № 1).

23‑му корпусу, без 3‑й гвард. пех. дивизии и 1‑й стр. бригады, предоставляется дорога Новогеоргиевск, Покржевница, Пржеводово, Голымин, Опинагура, Грудуск, Куклин.

1‑му арм. корпусу начать наступление 17 августа. Дорога – Новогеоргиевск, Насельск, Цеханов, Млава и пути к западу от нее.

6, 13 и 15-му арм. корпусам 18 августа дойти до линии Добрыляс, Збойна, Грабувск, Ружецк, Маков, Помаски, Соньск (р. Сана); 19 августа Пупковизна, Липники, Воля Блендовска, Еднорожец, Прасныш, Пнево; 20 августа Домброво Пелты, Монтвиц, Хоржеле, Кржиновлога, Жабоклин, Млава, 23‑му корпусу дойти 19 августа до Пржеводово, 20‑го до Муравы.

Гвардейскому корпусу сосредоточиться в районе Варшава, Новогеоргиевск.

4‑й кав. дивизии (без 4‑го улан. полка) обеспечивать правый фланг 6‑го корпуса со стороны Мазурских озер и связь его со 2‑м арм. корпусом, действуя в районе между 2‑м и 6‑м корпусами, 6‑й кав. дивизии разведывать в полосе, ограниченной справа линией Прасныш, Янов, Молиск, а слева – шоссе Новогеоргиевск, Млава (включительно). 15‑й кав. дивизии обеспечивать левый фланг армии, ведя разведку в полосе, ограниченной справа шоссе Новогеоргиевск, Млава (исключительно), а слева линией Плонск, Дробин, Бежунь, Гуржно, Страсбург.

Штаб армии 18 августа переедет в Остроленка.

Командующий армией генерал от кавалерии Самсонов»[24]

.

Возвращаясь к директиве командующего фронтом от 13 августа, следует обратить внимание на то обстоятельство, что 2‑й армии была поставлена задача наступать главными силами на фронт Руджаны, Пассенгейм, а между тем командующий 2‑й армией за счет усиления его армии гвардейским и 1‑м арм. корпусами удлинил фронт наступления на запад (от Хоржеле до Млавы), направляя на Млаву 1‑й арм. корпус, что отвечало задаче и обстановке. Наступление 1‑го арм. корпуса на левом крыле 2‑й армии отвечало и замыслу фронтового командования, ставившего себе задачу окружения немцев в Восточной Пруссии. Чем более удлинялся фланг 2‑й русской армии к западу от Мазурских озер, тем глубже был бы охват немцев левым флангом 2‑й армии; кроме того, наличие этого корпуса на левом фланге облегчало маневр армии. При наступлении на север 1‑й корпус мог служить заслоном с запада, при повороте армии на запад или северо-запад он являлся осью такой перегруппировки. Но это назначение 1‑го арм. корпуса вызвало возражения командующего фронтом, который запретил командующему армией выдвигать корпус на север и северо-запад от Млавы, превратив его тем самым в неподвижный заслон.

Сведения о противнике, данные в директиве командующего 2‑й армией, оказались неверными. 17‑й арм. корпус немцев, по предположению штаба 2‑й армии находившийся перед фронтом армии (значительно восточнее его действительного положения), в день отдачи директивы уже начал переброску с млавского направления на р. Ангерап в район южнее Гумбинена и Инстербурга. Задача 2‑му арм. корпусу, а также всем трем кавалерийским дивизиям, сформулирована недостаточно ясно. Первый должен был наступать на фронт Лётцен, Иоганнесбург, а энергичные действия вести на фронте Арис, Иоганнесбург. Очевидно, речь шла о направлении главного удара 2‑го корпуса его левым флангом, что было сказано без должной ясности и при перечислении задач по принятию мер обеспечения в значительной степени смазывалось. Что касается использования кавалерии, то ей предназначалась весьма пассивная роль: одна дивизия назначалась на поддержание связи между корпусами, точнее на заполнение разрыва; одна – для разведки и одна – для обеспечения, между тем как от кавалерийских дивизий можно было потребовать большего. Правда, командующий высказывал в своей директиве лишь общие пожелания в духе требований строевого кавалерийского устава, но конкретной задачи не поставил.

Не сделал этого и ген. Самсонов, остававшийся на идейных позициях печальной памяти русско-японской войны, где конница, в том числе и Сибирская каз. дивизия, которой командовал ген. Самсонов, подвизалась на задачах подобного рода. Конницу следовало сгруппировать целиком на левый фланг армии и в качестве конного корпуса первоначально вести во втором эшелоне за левым флангом, чтобы в нужный момент бросить ее для захлестывания путей отхода немцев, что предполагалось русскими по идее операции 2‑й армии, или же бросить ее во фланг немецкой группировки западнее Млавы, уступом вперед относительно фронта армейских корпусов.

<p>4. Пограничные столкновения западнее Мазурских озер</p>