Читаем Кельтская Шотландия полностью

В наследство ему досталась все та же Шотландия Давида I, хотя внутри- и внешнеполитическая обстановка складывалась далеко не благоприятным образом: однако он не унаследовал от деда обширных фьефов в Северной Англии, и стремление вернуть себе власть над ними в противостоянии с ошеломляющей мощью Анжуйской империи привело к страшной катастрофе. Впрочем, такому исходу борьбы немало способствовал и недостаток стойкости, присущий самому Вильгельму. Он все еще сохранял власть над некоторыми землями в Англии, которые достались его брату, и когда в 1165 г. он отправился приносить за них обычную вассальную клятву, то выдвинул притязания и на другие северные фьефы. Генрих гневно отказал ему: один из советников английского короля высказался в пользу Вильгельма, и (как сообщает очевидец этих событий в личном письме архиепископу Кентерберийскому) Генрих впал в неописуемую ярость, свойственную всем Плантагенетам. Он разорвал на себе одежду, но не остановился на этом и разорвал еще и шелковое покрывало с ложа, на котором сидел, горстями вырывал солому, служившую ковром, и грыз ее посреди учиненного беспорядка.

Вильгельм, скорее всего, воздерживался от таких проявлений своих чувств, но также не был дружелюбно настроен. В то время Генрих втянулся в жестокую вражду с Церковью в лице Беккета, которого сам же и сделал архиепископом Кентерберийским. Напряженные отношения установились у него и с Людовиком VII, его сюзереном в отношении всех французских фьефов, причем их личные отношения — ибо Людовик был первым мужем английской королевы Элеаноры — могли лишь усилить неприязнь. В 1168 г. Вильгельм заключил с Людовиком VII союз, положивший начало той долгой дружбе между двумя странами, которой суждено было в моменты наивысшей опасности в XV в. спасти Францию, в XVI в. Шотландию, и оставить после себя древнюю традицию гостеприимства, до сих пор служащую на благо путешественнику-шотландцу. Тем не менее Генрих и Людовик не стали нарушать мир, и в 1170 г. Вильгельм по приглашению Генриха прибыл в Виндзор на церемонию коронации наследника английского престола, «молодого короля» Генриха, которого его отец в целях безопасности короновал при жизни, заставив английских баронов принести ему клятву в верности.

Этот год завершился в Англии убийством Беккета, потрясшим весь христианский мир и даже, со временем, вызвавшим угрызения совести у самого Генриха. На следующий год англичане начали войну в Ирландии, стремясь присоединить к своим владениям весь остров, только недавно несколько оправившийся от долгого норвежского владычества. Однако в 1156 г. Папа Адриан IV, единственный англичанин, когда-либо носивший тиару, подарил Генриху управление церковными владениями; Папа не имел на это права, но это дало Англии возможность утверждать, что закон — на ее стороне. Сначала события в Ирландии развивались неспешным ходом, но в 1169 и 1170 гг. норманнские бароны, заключив номинальные союзы с ирландскими королями, вторглись на остров и захватили удобные плацдармы для дальнейших действий. В 1171 г. Генрих лично прибыл в Ирландию и довершил завоевание острова, что привело к образованию у Англии незакрывающейся гноящейся раны, а Ирландии принесло столетия горя и страданий.

В 1173 г. Вильгельм вмешался в английскую гражданскую войну. Сыновья Генриха выросли, а жгучая ненависть между сыном и отцом была в порядке вещей в роду Плантагенетов. Кроме того, прежняя безрассудная страсть королевы Элеаноры к своему супругу теперь уступила место не менее пылкому отвращению. Объединившись, мать и сын подняли против короля мятеж, который поддержали Людовик Французский, граф Фландрии Филипп и некоторые могущественные английские вельможи. Молодой принц Генрих предложил Вильгельму Нортумберленд, а его младшему брату Давиду Кембриджшир. Вильгельм принял предложение и в конце лета того же года напал на Англию, осадив Уорк и Карлайл. Юстициарий и коннетабль Англии собрали армию, и Вильгельм отступил, чтобы преградить ей путь к границе. Еще до того, как два войска сошлись, английские вожди получили известие, что ярл Лестера высадился на юге, чтобы поддержать мятежников. Вожди спешно заключили перемирие с Вильгельмом, разведка которого оказалась не на высоте, и вернулись на юг, чтобы отразить новую угрозу. Война продолжалась, но Вильгельм, связанный перемирием, не мог участвовать в ней. Перемирие закончилось в январе, и он позволил военачальникам Генриха купить другое, до Пасхи. Его брат между тем стоял во главе английских войск молодого принца, который находился во Франции, и летом Вильгельм напал на Англию, чтобы помочь ему.

Перейти на страницу:

Похожие книги

1937. Трагедия Красной Армии
1937. Трагедия Красной Армии

После «разоблачения культа личности» одной из главных причин катастрофы 1941 года принято считать массовые репрессии против командного состава РККА, «обескровившие Красную Армию накануне войны». Однако в последние годы этот тезис все чаще подвергается сомнению – по мнению историков-сталинистов, «очищение» от врагов народа и заговорщиков пошло стране только на пользу: без этой жестокой, но необходимой меры у Красной Армии якобы не было шансов одолеть прежде непобедимый Вермахт.Есть ли в этих суждениях хотя бы доля истины? Что именно произошло с РККА в 1937–1938 гг.? Что спровоцировало вакханалию арестов и расстрелов? Подтверждается ли гипотеза о «военном заговоре»? Каковы были подлинные масштабы репрессий? И главное – насколько велик ущерб, нанесенный ими боеспособности Красной Армии накануне войны?В данной книге есть ответы на все эти вопросы. Этот фундаментальный труд ввел в научный оборот огромный массив рассекреченных документов из военных и чекистских архивов и впервые дал всесторонний исчерпывающий анализ сталинской «чистки» РККА. Это – первая в мире энциклопедия, посвященная трагедии Красной Армии в 1937–1938 гг. Особой заслугой автора стала публикация «Мартиролога», содержащего сведения о более чем 2000 репрессированных командирах – от маршала до лейтенанта.

Олег Федотович Сувениров , Олег Ф. Сувениров

Документальная литература / Военная история / История / Прочая документальная литература / Образование и наука / Документальное
1917: русская голгофа. Агония империи и истоки революции
1917: русская голгофа. Агония империи и истоки революции

В представленной книге крушение Российской империи и ее последнего царя впервые показано не с точки зрения политиков, писателей, революционеров, дипломатов, генералов и других образованных людей, которых в стране было меньшинство, а через призму народного, обывательского восприятия. На основе многочисленных архивных документов, журналистских материалов, хроник судебных процессов, воспоминаний, писем, газетной хроники и других источников в работе приведен анализ революции как явления, выросшего из самого мировосприятия российского общества и выражавшего его истинные побудительные мотивы.Кроме того, авторы книги дают свой ответ на несколько важнейших вопросов. В частности, когда поезд российской истории перешел на революционные рельсы? Правда ли, что в период между войнами Россия богатела и процветала? Почему единение царя с народом в августе 1914 года так быстро сменилось лютой ненавистью народа к монархии? Какую роль в революции сыграла водка? Могла ли страна в 1917 году продолжать войну? Какова была истинная роль большевиков и почему к власти в итоге пришли не депутаты, фактически свергнувшие царя, не военные, не олигархи, а именно революционеры (что в действительности случается очень редко)? Существовала ли реальная альтернатива революции в сознании общества? И когда, собственно, в России началась Гражданская война?

Дмитрий Владимирович Зубов , Дмитрий Михайлович Дегтев , Дмитрий Михайлович Дёгтев

Документальная литература / История / Образование и наука
10 гениев, изменивших мир
10 гениев, изменивших мир

Эта книга посвящена людям, не только опередившим время, но и сумевшим своими достижениями в науке или общественной мысли оказать влияние на жизнь и мировоззрение целых поколений. Невозможно рассказать обо всех тех, благодаря кому радикально изменился мир (или наше представление о нем), речь пойдет о десяти гениальных ученых и философах, заставивших цивилизацию развиваться по новому, порой неожиданному пути. Их имена – Декарт, Дарвин, Маркс, Ницше, Фрейд, Циолковский, Морган, Склодовская-Кюри, Винер, Ферми. Их объединяли безграничная преданность своему делу, нестандартный взгляд на вещи, огромная трудоспособность. О том, как сложилась жизнь этих удивительных людей, как формировались их идеи, вы узнаете из книги, которую держите в руках, и наверняка согласитесь с утверждением Вольтера: «Почти никогда не делалось ничего великого в мире без участия гениев».

Елена Алексеевна Кочемировская , Александр Владимирович Фомин , Александр Фомин , Елена Кочемировская

Биографии и Мемуары / История / Образование и наука / Документальное