Хижина дяди Тома

— Хозяин, да ведь он весь залит вином! Такому важному джентльмену, как вы, не подобает носить грязные жилеты. Я решил, что теперь он может перейти ко мне. Бедному негру не зазорно в нем показаться.

Адольф вскинул голову и грациозно провел рукой по надушенным волосам.

— Ах, вон оно что! — небрежно протянул Сен-Клер. — Ну хорошо. Сейчас я покажу Тома хозяйке, а потом ты сведешь его в кухню. И не смей задирать перед ним нос! Он стоит двух таких щенков, как ты. Помни это!

— Хозяин любит пошутить, — сказал Адольф со смешком. — Как приятно видеть хозяина в таком хорошем расположении духа!

— Иди за мной, Том, — сказал Сен-Клер, кивнув ему головой.

Том вошел в будуар. Он увидел бархатные ковры, зеркала, картины, статуи, занавеси — и приуныл. Ему даже страшно было шевельнуться посреди всего этого великолепия.

— Вот, Мари, — сказал жене Сен-Клер, — наконец-то я смог выполнить ваш заказ на кучера. Он черен и почтенен, как похоронные дроги, и с такой же скоростью будет возить вас. Ну, откройте глаза и полюбуйтесь на него. Надеюсь, теперь вы не будете жаловаться, что я перестаю о вас думать, как только уезжаю из дому.

Мари открыла глаза и, не поднимаясь с кушетки, осмотрела Тома с головы до ног.

— Он, наверно, пьяница, — проговорила она.

— Нет, мне рекомендовали его как смирного, непьющего негра.

— Будем надеяться, что это так. Впрочем, я на многое не рассчитываю.

— Дольф! — крикнул Сен-Клер. — Сведи Тома вниз. И не забывайся! Помни, что я тебе говорил.

Адольф грациозными шажками засеменил по веранде, и Том, тяжело ступая, двинулся за ним.

— Настоящий бегемот! — сказала Мари. — У меня с самого утра мигрень, а с вашим приездом в доме поднялся такой шум, что я теперь просто полумертвая.

— Вы подвержены мигреням? — спросила мисс Офелия, внезапно возникая из глубины кресла, где она сидела в полном молчании и прикидывала мысленно стоимость обстановка будуара.

— Да, я в этом отношении сущая мученица, — ответила Мари.

— Настой из можжевельника — лучшее средство от мигреней, — сказала мисс Офелия. — По крайней мере, так утверждает Августа, жена дьякона Абраама Перри, а ее совет чего-нибудь да стоит.

— Как только у нас в саду на вилле поспеет можжевельник, прикажу обобрать с него все ягоды специально для этой цели, — совершенно серьезным тоном сказал Сен-Клер, дергая за шнурок звонка. — Кузина, вы, наверно, хотите пройти к себе и отдохнуть с дороги… Адольф, — обратился он к вошедшему лакею, — пришли сюда няню.

Почтенная мулатка, которой так обрадовалась Ева, вошла в комнату.

— Няня, — сказал Сен-Клер, — поручаю эту леди твоим заботам. Она устала и хочет отдохнуть. Покажи мисс Офелии ее комнату и постарайся угодить ей во всем.

И мисс Офелия вышла из будуара следом за няней.

Глава XVIХОЗЯЙКА ТОМА И ЕЕ ВОЗЗРЕНИЯ НА ЖИЗНЬ

— Итак, Мари, — сказал Сен-Клер, — для вас скоро наступят блаженные времена. Наша практичная, деловитая кузина снимет с ваших плеч бремя домашних забот, и вы будете наслаждаться жизнью. К церемонии передачи ключей можно приступить сейчас же.

Это было сказано за завтраком спустя несколько дней после приезда мисс Офелии.

— Пожалуйста, — проговорила Мари, томно склоняя голову на руку. — Кузина не замедлит убедиться, что мы, хозяйки, — сущие рабыни у себя в доме.

— Правильно! Она откроет не только эту, но и много других полезных истин, — подтвердил Сен-Клер.

— Можно подумать, что мы держим невольников исключительно ради удобства, — продолжала Мари. — А на самом деле куда спокойнее было бы немедленно отделаться от них.

Евангелина подняла на мать свои большие глаза и недоуменно спросила:

— А зачем же ты их держишь, мама?

— Сама не знаю. Вероятно, только затем, чтобы доставлять себе лишние мучения. Это мой крест. Я уверена, что они — главная причина всех моих болезней. И таких ужасных негров, как у нас, больше ни у кого нет.

— Перестаньте, Мари, вы просто сегодня не в духе, — сказал Сен-Клер. — Это неверно. Возьмите, например, няню — чудеснейшая женщина! Что бы вы стали делать без нее?

— Няня лучше других, — согласилась Мари. — Но она такая эгоистка, просто ужас! Впрочем, негры все эгоисты.

— Да, эгоизм — серьезный недостаток, — сдержанно проговорил Сен-Клер.

— Ну разве это не эгоистично с ее стороны так крепко спать по ночам? — воскликнула Мари. — Она прекрасно знает, что, когда у меня бывают приступы мигрени, за мной нужен уход, нужно подходить ко мне каждый час, а попробуйте разбудите ее! Это стоит таких трудов, что, например, сегодня утром я чувствую себя совершенно разбитой.

— Мама, а разве она не дежурила около тебя несколько ночей подряд? — спросила Ева.

— Откуда ты это знаешь? — встрепенулась Мари. — Она жаловалась тебе?

— Нет, няня не жаловалась, она просто рассказывала, как ты последнее время плохо себя чувствовала по ночам.

— Почему вы не посадите вместо нее Джейн или Розу, хотя бы на одну-две ночи? — сказал Сен-Клер. — Няне надо отдохнуть.