Хомские тетради. Записки о сирийской войне

Эпопея с западными журналистами, убитыми и раненными в Баба-Амре, высветила события в Сирии, но она же, парадоксальным образом, и отвлекла внимание мирового сообщества от происходящего в стране. С одной стороны, стало невозможно утверждать, что мы ничего не знали. Но с другой – сразу нашлось, чем ежедневно заполнять выпуски теленовостей и газетные полосы, воздавая дань уважения (более чем заслуженного) Мари Кольвен и Реми Очлик, погибшим 22 февраля во время целенаправленного ракетного обстрела помещений Информационного бюро, и побуждая дипломатов и СМИ сделать все возможное для спасения журналистов, раненных в ходе той же атаки. Речь идет об Эдит Бувье и Поле Конрое, а также двоих других, кто предпочел остаться с ними, вместо того чтобы уйти через тоннель, – Жавье Эспиноза и Уильяме Дэниельсе. У меня не найдется слов, чтобы описать их мужество и тот кошмар, который они пережили прежде, чем неделю спустя им удалось – сперва одним, а потом другим – добраться до Ливана. При этом я утверждаю, что западные СМИ, за редчайшим исключением, ни словом не помянули о сирийских повстанцах и журналистах, которые были рядом с ними. Это случилось лишь однажды, под конец, когда тринадцать неопознанных «борцов» были убиты во время катастрофической истории с вывозом раненых[71]. Выбравшись из Хомса, западные журналисты, разумеется, высказывали слова благодарности в адрес тех, кто им помогал, и обличали – в жестких и точных выражениях – тот беспредел, который там разворачивался при почти всеобщем попустительстве. Да, некоторые из наших руководителей тоже гневно его клеймили, но при всем том продолжали смотреть на происходящее сквозь пальцы. Мне могут возразить, что у них не было выбора. Я отвечу, что выбор есть всегда, как был он у тех, кто в Сирии поднялся против Башара Асада и его окостеневшего, разлагающегося и в конечном счете обреченного режима.