Хозяин леса

На этом то острове и обустроил себе логово наш с вами знакомый зверь. Вода набросилась на этот островок, поглощая его прямо на глазах. Еще мгновение и вода полностью покрыла землю, только из воды торчали ветки кустов. Ему нужно было спасаться, но как, в плавь не возможно, бурный поток сносит все на своем пути. Оставалось одно, он выбрал самую высокую ель с краю острова, залез на самую макушку, на сколько позволял его большой вес и начал раскачиваться на ней из сторону в сторону. Когда, достигнув наибольшего размаха он, как из катапульты вылетел через реку на другой берег, где стояли такие же ели. Все ветки были сырые от дождя, он пытался схватиться, но ему этого не удалось и, скользя по ним, полетел книзу, ломая на своем пути ветки и сучки. И вот раздался громкий рев, прокатившийся по лесу, заглушая грохот грома.

Сильный дождь продолжался уже вторые сутки. Дождь то затихал, то начинался с пущей силой.

Кондрат с Серым находились естественно дома. Серый лежал на своем излюбленном месте, спать уже не хотелось, сколько можно спать. Он лежал прислушивась к тому, что происходит на улице, а сам наблюдал за хозяином. Дед Кондрат занимался разными мелкими делами, то что ни будь подошьет, заштопает. То вон взял топорик и что-то тюкает, стучит, ремонтирует. При этом частенько подходит к окну, заглядывает туда, чертыхается – ну сколько можно то, когда он наконец пройдет, – разговаривал Кондрат, то с собой, то с Серым. Это ж надо, сколько воды вылилось, река здорово из берегов вышла, наверное. Сколько же зверья мелкого погибнет, все ведь норы в низине затопит. Все ходил, бунчал себе под нос, что ни будь. Второй день сидим, выйти не можем, да, дела.

Серый вдруг поднял голову, уши его закрутились в разные стороны, что-то улавливая. Вот он соскочил резко, встал в стойку, зарычал, уставился на дверь.

– Ты чего это, Серый, а. Кто в такой ливень попрется, неужто медведь что ли, – разговаривал Кондрат, глядя на Серого и медленно снимая очки. И вот Серый залился истеричным лаем, шерсть его встала дыбом и в этот момент они услышали, как дверь с улицы в сени с грохотом и треском растворилась, хотя она была закрыта на крючок. Серый заливался лаем, в то же время боясь подойти к двери.

– Мать честная, – промолвил Кондрат, медленно поднимаясь со стула. Он услышал, как в сенях раздались тяжелые шаги, заскрипели доски под этими шагами. Еще мгновение и дверь в избу распахнулась и то, что он увидел, это повергло его просто в ступор.

В проеме двери он увидел волосатое, мощное тело. Разглядеть его можно было только по грудь, так высок он был. Кондрат ни чего не успел сообразить, как этот зверь нагнулся и боком протиснулся к нему в избу. Кондрат попятился назад. Серый продолжал лаять, не забывая, однако, спрятаться за хозяина. Этому зверю нельзя было выпрямиться во весь рост, он не спеша огляделся, как будто не замечая хозяина и собаки и опустился тут же в угол, облокотился локтем о скамью, вытянул свои ноги, перекрыв дверной проем, удобно устроился, склонил голову и затих не обращая внимание на лай Серого.

Дед Кондрат продолжал стоять, боясь даже шелохнуться. Все мысли в его голове полностью исчезли, он только тупо смотрел на этого не обычного гостя. Потихоньку лай Серого начал приводить его в чувство. Он зашевелил руками, что-то забормотал себе под нос.

– Тихо, тихо, Серый, – махнул он рукой псу, но тот, не переставая, продолжал лаять из-за его спины. Видимо этот шум уже надоел зверю и он громко рыкнул так, что Серого как ветром сдуло, он сиганул под кровать, выставил от туда морду, оскалился, но уже не лаял.

Кондрат стоял на месте, как будто прибитый к полу гвоздями. Ноги отказывались ему служить. Потихоньку голова его начала соображать.

– Мать твою, по-видимому он хотел сказать – Пресвятая дева Мария, спаси и сохрани. Начал делать какие-то манипуляции руками, могло показаться, что он креститься, хотя никогда этого он в жизни не делал.

Мямля себе под нос, вспоминал какие то церковные слова, – отец наш, боженька наш, Иисус Христос, кто же еще… думая он замолчал. Помогите, кто услышит, спасите от этого чудища. Когда иссяк весь этот не богатый церковный словарный запас, он наконец-то начал размышлять здраво, естественно только после того, когда у него прошел этот шок от увиденного.