Хозяин леса

Ну что ж, надо приступать. Он вытащил из-за печки крупное палено, – ну-ка открой пасть то, – приказал Кондрат. Вложил ему туда это палено, закрывай, жми крепче, вот так хорошо. Он взял заготовленную палку, острым концом наставил на обрубок, торчащий из раны в плече, в другую руку взял большую деревянную колотушку.

Слушай меня внимательно, – наставлял его Кондрат, – на счет три я сильно ударю, будет больно, но ты терпи, деваться не куда. Ты только больно лапами не махай, а то размажешь меня по стене. Ну, начали – раз, два, три… и громко крикнул Кондрат и со всей силы ударил колотушкой по палке. Раздалось страшное рычание, палено у зверя в зубах затрещало, крошась в щепки. Палка на сквозь прошла через рану, от сильного удара, вытолкнув из нее застрявший там толстый сук, который ударившись о стенку отскочил под ноги Кондрату.

Зверю было больно, но он сдерживался, лишь тихо урча.

Ну вот и молодец, хорошо, самое страшное закончилось. Дай ко мне полено, тот послушно расцепил зубы, – да хороши зубки, вон как ты его раздавил и бросил его обратно за печку.

Из раны торчала палка, предстояло вытаскивать теперь ее обратно.

Ну ты немного отдохни и будем палку вытягивать. Кондрат вытер вспотевший лоб и присел на скамейку. Ты только посмотри, какая дубина в тебе сидела. Он поднял ее с пола и начал рассматривать, считай, что тебе еще повезло, что в плечо воткнулась, а если бы живот проткнул, не дай то бог. Ну что, сиди не сиди, а завершать надо. Кондрат поплевал на руки, растер их, взялся за палку торчавшую из плеча. Уперса ногой прямо ему в грудь. Ну, взяли и дернул, палка без труда выскочила из раны. Ну вот и все, справились. Он взял приготовленную иглу с ниткой и начал зашивать эти рваные раны. Закончив зашивать, протер раны первачком, ну вот, почти все. Сейчас схожу на улицу, принесу траву, что бы наложить тебе на раны. Накинул армейскую плащ-палатку, заскочил в сапоги и вышел. Пробыл не долго, вернулся с пучком какой то травы. Ох, дождь то, как все еще поливает, – говорил Кондрат, скидывая с себя плащ.

Наложил траву на раны, перемотал его приготовленной полосой из простыни. Ну вот и все, – сказал он, завязывая узел, Ты у меня выглядишь, как красный командир с гражданской войны.

– ох, что то я у маялся, – сказал он, открывая люк в подпол. Наклонился, вытащил еще бутыль. Налил себе, протянул зверю, – на ко хлебни, тоже поди намаялся. Тот взял ее своей лапищей, запрокинул уже привычным движением себе в пасть.

Они сидели оба, наслаждаясь спокойствием. Кондрат был человеком разговорчивым и молчать долго он не умел. Когда еще будет у него такой внимательный слушатель, который не будет его перебивать, не будет задавать ненужных вопросов.

А я ведь понял, что это ты расправился с теми убийцами Настиных родителей. Только вот не могу понять, почему ты тогда так осерчал, разозлился и спросить то тебя не можно, кабы говорил ты. Зверь прорычал, видимо понимая, что говорит Кондрат. Вот я вижу, ты и сейчас это забыть не можешь. А зимой то этой, – продолжал Кондрат, – ты же нас спас от волков. Только ни как не соображу, как же ты нас нашел то, неужто ворон тебе, это сообщил. Он еще долго, что-то рассказывал, вспоминал свою жизнь.

Вдруг за окном закаркал ворон, – неужели Гришка, – соскочил с места Кондрат, – Заглядывая в окно. Зверь ударил лапой по двери, та со скрипом открылась. Гришка закаркал и с ходу залетел в избу. Здесь места было для него мало, сделав круг, присматриваясь, куда же приземлиться, пролетев над головой у Серого, что тот даже нагнул голову, не решаясь даже тявкнуть, только взглянул на хозяина, как он реагирует на это. Ворон притормозив крыльями, опустился на плечо зверю. Потоптался, подвинулся ближе к голове, каркнул несколько раз, поглядывая на того.

– Гришка, а нука леть сюда, – отламывая краюху хлеба, приглашал его Кондрат. Иди сюда, иди, – постукивая по столу пальцем, звал его. Того не надо было долго приглашать, он был парень простой, перелетев на стол, схватил лапами горбушку, начал ее жадно клевать, Смотри ка, проголодался бедняга изрядно, ешь, ешь, давай, ты у нас большой умница, заслужил. Тот, исклевав весь мякиш, схватил корку крючковатыми лапами, взмахнул крыльями и вылетел из избы. Надо же, головастый какой, какие звери умные пошли, чудеса, – он сел обратно на скамью рядом со зверем. Спросить вот больно охота мне тебя, да ты все молчишь, да молчишь, – Кондрат положил руку ему на плечо. Я вот что думаю, если ты понимаешь меня, да и первачок мой вон как лихо заливаешь, знать был ты раньше человеком, так, нет, – он посмотрел на зверя. Тот мотнул головой, значит я прав, – пробубнил про себя Кондрат. Это кто ж тебя в такого превратил то, небось без баб тут не обошлось. Зверь громко заревел и от вернул голову в сторону. Ага, значит ведьма какая то на тебя глаз положила, – дальше рассуждал Кондрат.