Хрупкие связи. Как раненый нарциссизм мешает нам жить в мире с собой и другими

Это не просто наши убеждения, а правило игры, навязанное временем. Маятник качнулся в другую сторону: от всеобщей психологической безграмотности к повальной испорченности упрощенной психологией. Но суть осталась прежней: мы как были каждый со своими неврозами, так и бегаем с ними по жизни. Только теперь у нас есть легальное основание не прекращать и усиливать самоисправление. Ведь если ты недостаточно проработанный, уверенный в себе или успешный – значит, с тобой обязательно что-то не так. Ведь не может же быть, что я нормальный и при этом не знаю, что делать или как правильно реагировать?

Но вот что важно: и то и другое неправда. Наше Реальное Я не ужасное. Оно сложное. Там есть противоречия, ошибки, страхи, желания – все то, что делает нас живыми.

Наше настоящее Я не обязано быть прекрасным. Оно может быть уставшим, запутавшимся, несовершенным, растерянным. И в этом его ценность.

Пойдемте со мной – и я покажу вам, почему идеи о личностном росте и укреплении самооценки не работают. Почему мы упираемся в бесконечную работу над собой и от чего нас это спасает. Почему мы не можем себе признаться, что наша настоящая потребность – связь с людьми. И почему мы не можем сделать шаг наружу, к окружающим, бесконечно блуждая в своем собственном нарциссическом Зазеркалье.

Эта книга не о том, как наконец-то найти способ стать лучше. Она о том, как остановиться. Перестать бежать от себя и начать понимать себя. Мы вместе исследуем, как наши страхи, маски и внутренний критик стали частью нас. Поймем, как наш нарциссизм, пытаясь защитить, иногда превращается в того самого абьюзера, который удерживает нас в вечной борьбе с самими собой.

Мы пройдем через ваши истории – те, что сформировали ваше Плохое Я. Разберем, как они научили вас бояться своих чувств и отвергать свое несовершенство. Посмотрим на вашего Внутреннего Родителя, который порой становится слишком строгим, а иногда и жестоким. И шаг за шагом будем находить дорогу обратно к вам настоящему. Неидеальному, непроработанному, но искреннему и живому.

Это книга о возвращении.

К себе.

К тем, кто рядом.

К идее, как классно быть именно вами!

С заботой о вас, Юлия Пирумова

<p>Часть первая</p><p>Как устроена психика и при чем тут нарциссизм</p>

<p>Глава первая</p><p>«Нарциссический синдром»</p>

После книги «Хрупкие люди» многие узнавали себя в нарциссической дефицитарности и даже называли себя нарциссами. Конечно, я понимала, что это не соответствует действительности, но отнести такое разнообразие нарциссических симптомов и проявлений к чему-то одному и определенному было невозможно. Ведь, например, все мы иногда ощущаем несоответствие или стыдимся какого-то себя. А многие живут с ощущением дыры или пустоты. И тогда я подумала, почему бы не объединить все это названием «нарциссический синдром»? Вы нигде не найдете этого термина. Именно поэтому я беру его в кавычки и сейчас объясню, почему считаю важным говорить о нем.

В психологии синдром – не всегда патология. Это совокупность симптомов и проявлений, объединенных общей причиной. В нашем случае все так и есть. Нарциссические динамики могут быть присущи любому типу характера и любой организации личности. Это то, что образует, поддерживает и защищает самооценку, достоинство, чувство собственного уважения и нашу человеческую идентичность, то есть наше Я. Они могут проявляться в разных стратегиях и паттернах поведения. У кого-то из нас нарциссические динамики – ведущий способ функционирования психики. И тогда мы можем называть себя нарциссическим человеком. Но и в этом случае есть несколько вариаций, как именно нарциссический синдром будет проявляться в нас и насколько сможет определять нашу жизнь. То есть, обращаясь к нашей истории, в результате травматики детства мы можем получить как нарцисса в степени расстройства личности, так и депрессивного человека с нарциссическими защитами. Или шизоидного персонажа с мощным нарциссическим панцирем.

«Нарциссический синдром» – концепция, которая объединяет эти проявления, показывая, как они могут принимать форму масок, защитных бастионов или внутренней пустоты, независимо от того, где мы находимся на шкале психического здоровья. Это не только про «нарциссов», которых мы легко распознаем в их демонстративной яркости, но и про тех, кто тихо уходит в тень, отгораживаясь от боли недостаточности. И про невротиков, для которых компульсивное стремление быть лучше – форма скрытого крика о помощи. А еще про тех, кто, казалось бы, идеально адаптирован, но боится за фасадом успеха обнаружить собственную хрупкость.