Читаем Князь Шаховской: Путь русского либерала полностью

Наконец, Дмитрий Иванович считал настоятельной необходимостью проведение некоторых законопроектов: отмены ценза для избрания в земские учреждения, что позволило бы пополнить и обновить их состав, кооперативного закона. Последнему вопросу Д. И. Шаховской уделял особое внимание, поскольку кооперативное дело находилось в ведении по меньшей мере трех министерств — финансов, внутренних дел (потребительская кооперация) и земледелия, каждое из которых придерживалось своих взглядов на дело кооперации, и в общем, и в частностях коренным образом отличных от взглядов смежных министерств. Проект кооперативного закона давно уже стоял на повестке дня и требовал решения, заявлял князь. Неотложными являлись и улучшения в области рабочего законодательства.

После конференции кадетской партии в Москве была образована подготовительная организационная комиссия под председательством Д. И. Шаховского с целью подготовки скорейшего созыва партийного съезда. Всё развитие партийной политики сосредоточилось главным образом во фракции, съехавшейся в ожидании близкого открытия Думы. Здесь выступали со своими докладами и члены Центрального комитета, причем особенно важное значение для дальнейшей деятельности фракции имели доклады Д. И. Шаховского, давшего основу тех законодательных предположений, которые были внесены фракцией в Думу{275}.

Вопрос о том, каким образом надо преобразовать Российскую империю в ходе мировой войны, князь Д. И. Шаховской развил и в цикле статей «Путь к победе», напечатанных в газете «Речь» с 18 июня по 9 июля 1915 года. «Мы победим!» — так начиналась серия статей, посвященных организации победы. «Путь к победе один — объединение всех живых сил народа в одно организованное целое». Дмитрий Иванович говорил о том, что правительство должно «действовать не в тиши небесной», а опираться на народные силы, и для этого ему необходимо провести широкие реформы. Ввиду военного времени они должны обладать двумя свойствами: «быстрым проведением и немедленным воздействием на жизнь».

В первую очередь Д. И. Шаховской предлагал взяться за преобразование кабинета министров, оставляя пока в стороне вопрос об «ответственности министерства». Дмитрий Иванович предлагал немедленно образовать новые министерства: военных заготовок, народного продовольствия, труда, землеустройства и полиции. «Не слишком ли велик состав Совета министров в 20 лиц, — задавался вопросом Шаховской, — можно ли добиться согласования их взглядов и не уйдет ли все время их на коллегиальное обсуждение дел? Ведь у нас и меньшие коллегии иногда погибают от обилия слов». Где необходимо искать людей на вновь создаваемые министерские должности? Ответ для Д. И. Шаховского звучал невнятно, однако он твердо указывал на недопустимость этих поисков среди высшей бюрократии империи.

Не оставляла князя равнодушным также проблема обеспечения войск необходимыми припасами. Дмитрий Иванович писал: «Надо поставить снабжение так, чтобы в нем участвовали все способные на это силы родной промышленности, чтобы руководитель снабжения точно диктовал реальные возможности в этой области и чтобы были привлечены к делу снабжения в возможно большей степени союзные и нейтральные страны. Ясно, что по самому существу задачи она совершенно непосильна военной власти». Поэтому Д. И. Шаховской говорил о необходимости работы в данной области военно-промышленного комитета, а также Городского и Земского союзов. По его словам, эти организации могли «разбудить самодеятельные усилия… всех способных принять участие в работе по снабжению армии общественных и народных сил», что объясняется следующим: Городской и Земский союзы составили мощную структуру, имеющую «все условия для быстрого и почти беспредельного развертывания» собственной мощи, ибо они везде располагают «органами своего местного самоуправления». В силу названных обстоятельств Городскому и Земскому союзам суждено стать центром «национального воодушевления… и объединенной общественной работы по снабжению армии».

Д. И. Шаховского также не могла не волновать ситуация, которая складывалась вокруг предметов первой необходимости. Безудержный рост цен на продукты питания и острый недостаток последних оказывали деморализующее влияние на народные массы. Для обуздания этого процесса Дмитрий Иванович полагал необходимым «самодеятельность общества в виде проявления индивидуальной энергии и работы организованных клеточек кооперативов», которым должны оказывать помощь мероприятия управ городов и земств после передачи последним государственной властью своих функций по борьбе с экономической разрухой.

Перейти на страницу:

Все книги серии Жизнь замечательных людей

Газзаев
Газзаев

Имя Валерия Газзаева хорошо известно миллионам любителей футбола. Завершив карьеру футболиста, талантливый нападающий середины семидесятых — восьмидесятых годов связал свою дальнейшую жизнь с одной из самых трудных спортивных профессий, стал футбольным тренером. Беззаветно преданный своему делу, он смог добиться выдающихся успехов и получил широкое признание не только в нашей стране, но и за рубежом.Жизненный путь, который прошел герой книги Анатолия Житнухина, отмечен не только спортивными победами, но и горечью тяжелых поражений, драматическими поворотами в судьбе. Он предстает перед читателем как яркая и неординарная личность, как человек, верный и надежный в жизни, способный до конца отстаивать свои цели и принципы.Книга рассчитана на широкий круг читателей.

Анатолий Петрович Житнухин , Анатолий Житнухин

Биографии и Мемуары / Документальное
Пришвин, или Гений жизни: Биографическое повествование
Пришвин, или Гений жизни: Биографическое повествование

Жизнь Михаила Пришвина, нерадивого и дерзкого ученика, изгнанного из елецкой гимназии по докладу его учителя В.В. Розанова, неуверенного в себе юноши, марксиста, угодившего в тюрьму за революционные взгляды, студента Лейпцигского университета, писателя-натуралиста и исследователя сектантства, заслужившего снисходительное внимание З.Н. Гиппиус, Д.С. Мережковского и А.А. Блока, деревенского жителя, сказавшего немало горьких слов о русской деревне и мужиках, наконец, обласканного властями орденоносца, столь же интересна и многокрасочна, сколь глубоки и многозначны его мысли о ней. Писатель посвятил свою жизнь поискам счастья, он и книги свои писал о счастье — и жизнь его не обманула.Это первая подробная биография Пришвина, написанная писателем и литературоведом Алексеем Варламовым. Автор показывает своего героя во всей сложности его характера и судьбы, снимая хрестоматийный глянец с удивительной жизни одного из крупнейших русских мыслителей XX века.

Алексей Николаевич Варламов

Биографии и Мемуары / Документальное
Валентин Серов
Валентин Серов

Широкое привлечение редких архивных документов, уникальной семейной переписки Серовых, редко цитируемых воспоминаний современников художника позволило автору создать жизнеописание одного из ярчайших мастеров Серебряного века Валентина Александровича Серова. Ученик Репина и Чистякова, Серов прославился как непревзойденный мастер глубоко психологического портрета. В своем творчестве Серов отразил и внешний блеск рубежа XIX–XX веков и нараставшие в то время социальные коллизии, приведшие страну на край пропасти. Художник создал замечательную портретную галерею всемирно известных современников – Шаляпина, Римского-Корсакова, Чехова, Дягилева, Ермоловой, Станиславского, передав таким образом их мощные творческие импульсы в грядущий век.

Марк Исаевич Копшицер , Вера Алексеевна Смирнова-Ракитина , Аркадий Иванович Кудря , Екатерина Михайловна Алленова , Игорь Эммануилович Грабарь

Биографии и Мемуары / Живопись, альбомы, иллюстрированные каталоги / Прочее / Изобразительное искусство, фотография / Документальное

Похожие книги

Афганистан. Честь имею!
Афганистан. Честь имею!

Новая книга доктора технических и кандидата военных наук полковника С.В.Баленко посвящена судьбам легендарных воинов — героев спецназа ГРУ.Одной из важных вех в истории спецназа ГРУ стала Афганская война, которая унесла жизни многих тысяч советских солдат. Отряды спецназовцев самоотверженно действовали в тылу врага, осуществляли разведку, в случае необходимости уничтожали командные пункты, ракетные установки, нарушали связь и энергоснабжение, разрушали транспортные коммуникации противника — выполняли самые сложные и опасные задания советского командования. Вначале это были отдельные отряды, а ближе к концу войны их объединили в две бригады, которые для конспирации назывались отдельными мотострелковыми батальонами.В этой книге рассказано о героях‑спецназовцах, которым не суждено было живыми вернуться на Родину. Но на ее страницах они предстают перед нами как живые. Мы можем всмотреться в их лица, прочесть письма, которые они писали родным, узнать о беспримерных подвигах, которые они совершили во имя своего воинского долга перед Родиной…

Сергей Викторович Баленко

Биографии и Мемуары
Жертвы Ялты
Жертвы Ялты

Насильственная репатриация в СССР на протяжении 1943-47 годов — часть нашей истории, но не ее достояние. В Советском Союзе об этом не знают ничего, либо знают по слухам и урывками. Но эти урывки и слухи уже вошли в общественное сознание, и для того, чтобы их рассеять, чтобы хотя бы в первом приближении показать правду того, что произошло, необходима огромная работа, и работа действительно свободная. Свободная в архивных розысках, свободная в высказываниях мнений, а главное — духовно свободная от предрассудков…  Чем же ценен труд Н. Толстого, если и его еще недостаточно, чтобы заполнить этот пробел нашей истории? Прежде всего, полнотой описания, сведением воедино разрозненных фактов — где, когда, кого и как выдали. Примерно 34 используемых в книге документов публикуются впервые, и автор не ограничивается такими более или менее известными теперь событиями, как выдача казаков в Лиенце или армии Власова, хотя и здесь приводит много новых данных, но описывает операции по выдаче многих категорий перемещенных лиц хронологически и по странам. После такой книги невозможно больше отмахиваться от частных свидетельств, как «не имеющих объективного значения»Из этой книги, может быть, мы впервые по-настоящему узнали о масштабах народного сопротивления советскому режиму в годы Великой Отечественной войны, о причинах, заставивших более миллиона граждан СССР выбрать себе во временные союзники для свержения ненавистной коммунистической тирании гитлеровскую Германию. И только после появления в СССР первых копий книги на русском языке многие из потомков казаков впервые осознали, что не умерло казачество в 20–30-е годы, не все было истреблено или рассеяно по белу свету.

Николай Дмитриевич Толстой-Милославский , Николай Дмитриевич Толстой

Биографии и Мемуары / Документальная литература / Публицистика / История / Образование и наука / Документальное
Шаляпин
Шаляпин

Русская культура подарила миру певца поистине вселенского масштаба. Великий артист, национальный гений, он живет в сознании современного поколения как «человек-легенда», «комета по имени Федор», «гражданин мира» и сегодня занимает в нем свое неповторимое место. Между тем творческая жизнь и личная судьба Шаляпина складывались сложно и противоречиво: напряженные, подчас мучительные поиски себя как личности, трудное освоение профессии, осознание мощи своего таланта перемежались с гениальными художественными открытиями и сценическими неудачами, триумфальными восторгами поклонников и происками завистливых недругов. Всегда открытый к общению, он испил полную чашу артистической славы, дружеской преданности, любви, семейного счастья, но пережил и горечь измен, разлук, лжи, клеветы. Автор, доктор наук, исследователь отечественного театра, на основе документальных источников, мемуарных свидетельств, писем и официальных документов рассказывает о жизни не только великого певца, но и необыкновенно обаятельного человека. Книга выходит в год 140-летия со дня рождения Ф. И. Шаляпина.знак информационной продукции 16 +

Виталий Николаевич Дмитриевский

Биографии и Мемуары / Музыка / Прочее / Документальное