Книга о русском еврействе. 1917-1967

Приезжающие из России передают, что смерть Сталина была воспринята русскими евреями, как избавление от не­посредственной страшной опасности, но также как начало смутных дней, грозящих всякими бедствиями личного и на­ционального характера. Историю этого тяжелого времени можно будет, конечно, писать только после того, как объек­тивные научные исследователи получат доступ к материа­лам, находящимся в государственных или частных, — если таковые еще имеются, — архивах. Все же, анализируя мате­риалы и сведения, которые проникли на Запад, можно ска­зать, что судьба пощадила Россию и русских евреев. Вскоре после второй мировой войны сталинский террор принял во­истину страшные формы и размеры и грозил затмить ужасы «Ежовщины» конца тридцатых годов. В начале 1950-х го­дов еврейские аспекты сталинской политики приняли со­вершенно маниакальный характер и увенчались преслову­тым делом врачей. Берия освободил еврейских врачей и, как по мановению волшебной палочки, из советской печати исчезли писания, отдававшие антиеврейским душком. Уже в апреле 1953 г. советское правительство открыто обвинило двух ответственных чиновников из полицейского аппарата в подготовке фальсифицированных документов и в необос­нованных обвинениях, жертвами которых явились гражда­не, привлеченные к этому делу. Русское еврейство вздохну­ло свободнее.

В 1957 году Хрущев стал полным хозяином партии и страны. Он оставался у кормила правления до конца 1964 г., и его отношение к евреям и к еврейскому вопросу в кри­тические сталинские годы имело особенно важное зна­чение для судеб русского еврейства.[30] Еще рано высказывать суждение об отношении к еврейскому вопросу его преем­ников Брежнева и Косыгина, но мы, разумеется, отметим те перемены, которые произошли в 1965 и 1966 гг.

Перепись 1959 г.

Многолетние опоры о числе евреев в Советском Союзе кончились в 1959 г., когда в Москве опубликовали результа­ты переписи. Некоторые исследователи отнеслись довольно подозрительно к цифрам из Москвы, утверждая, что они не дают подлинной картины русского еврейства в послевоен­ный период. В рамках нашей статьи мы не можем входить в оценку советской статистики, но должны отметить, что перепись 1959 г. дает обширный и солидный материал де­мографического характера, в том числе и цифры о поло­жении евреев в интересующий нас период.

Согласно переписи, 2.267.814 евреев жили в пределах Советского Союза на 1 января 1959 г. и таким образом евреи составляли приблизительно 1,1% всего населения страны. Приводим данные о географическом распределении еврейского населения.

Советские республики	Число евреев
Р.С.Ф.С.Р.	875.307[31]
Украинская С.С.Р.	840.311
Белорусская С.С.Р.	150.084
Молдавская С.С.Р.	95.107
Узбекская С.С.Р.	94.344
Грузинская С.С.Р.	51.582[32]
Азербайджанская С.С.Р.	40.204
Латвийская С.С.Р.	36.592
Казахская С.С.Р.	28.048
Литовская С.С.Р.	24.672
Таджикская С.С.Р.	12.415
Киргизская С.С.Р.	8.610
Эстонская С.С.Р.	5.436
Туркменская С.С.Р.	4.078
Армянская С.С.Р.	1.024
Всего в С.С.С.Р.	2.267.814

Вышеприведенная таблица свидетельствует прежде всего о значительных изменениях в географической струк­туре еврейского населения. В результате войны и нацист­ской оккупации, число евреев в исторически сложившихся местах их концентрации на Украине и Белоруссии сильно уменьшилось, особенно если мы примем во внимание рас­ширенные границы современной Украины. Относительно увеличилось число евреев, живущих среди русского и не­русского населения Р.С.Ф.С.Р. и, что особенно важно, — создались новые еврейские центры в азиатских частях Сов. Союза, состоящие не только из местных евреев, но также из новых пришельцев из Украины, Белоруссии, Литвы и т. д. По данным переписи, свыше 300.000 евреев находи­лось в этих районах, — т. е. приблизительно 13% всего еврейского населения России. Естественно, что в этих усло­виях разбросанности, сопротивление ассимиляционным про­цессам существенно уменьшилось. Мы не можем входить в детали, но несомненно, что новая географическая картина русского еврейства, стабилизировавшаяся в послесталинские годы, безусловно окажет большое влияние на его на­циональный и культурный облик.