Читаем Книга о русском еврействе. 1917-1967 полностью

В Тукуме евреев согнали в большую синагогу и там сожгли. Там же погибли и жители окрестных местечек. Их судьбу разделили цыгане, жившие в Тукуме и окрестностях. В Сабиле евреев истребили в нескольких километрах от го­рода. Во время массовых экзекуций в Виндаве власти вы­разили готовность пощадить городского врача, старого док­тора Файтельберга, но он отказался от этой милости и пред­почел умереть вместе с другими евреями.

Большинство евреев Режицы погибло в Випингском лесу. Летом 1944 г. в Режицу из центральной рижской тюрь­мы была доставлена группа заключенных, которые выкапы­вали трупы и сжигали их, чтобы замести следы происшед­шего.

Жители Зилупы были перебиты в нескольких километ­рах от местечка у моста. В Люцине после экзекуции оста­лось в живых триста евреев; их поместили в местной си­нагоге, превращенной в гетто. Потом их перевели в двин­ское гетто, где они разделили судьбу местных евреев. В Прейле евреев жителей Двинской и Ружанской улиц переби­ли 26-го июня 1941 г., а остальных — 4-го и 8-го августа.

Еврейское население других провинциальных пунктов Латвии было также истреблено летом 1941 г. Во всех экзе­куциях наряду с немцами принимали участие латыши.

КОНЦЕНТРАЦИОННЫЙ ЛАГЕРЬ КАЙЗЕРВАЛЬД

Летом 1943 г. в Кайзервальде, в предместье Риги, был устроен концентрационный лагерь, в котором поместили тех, кто уцелел после ликвидации гетто в Риге, Двинске, Либаве и других местах. В конце сентября 1943 г. сюда пе­ревели евреев из ликвидированного Виленского гетто, а так­же из других пунктов. Среди заключенных в Кайзервальде были и неевреи.

Здесь, как и в других лагерях, режим был бесчеловеч­ный. Каторжные работы, голод, болезни, ужасающие усло­вия жизни подтачивали силы людей; тысячная масса, — кто раньше, кто позже, — постепенно вымирала. Время от вре­мени проводилась селекция: сдававших физически мужчин и женщин убивали.

Когда советское наступление летом 1944 года застави­ло немцев покинуть Прибалтику, оставшихся в живых узни­ков Кайзервальда депортировали в лагерь Штутгоф возле Данцига, а оттуда большинство было затем переведено в другие лагеря.

Среди дождавшихся освобождения в лагерях Германии было около тысячи латвийских евреев. В самой Латвии уце­лело разными способами всего несколько сот евреев. В де­монстрации, устроенной в Риге спустя несколько дней после занятия советскими войсками, приняло участие 60-70 спас­шихся евреев.

Процессы военных преступников. 26-го января 1946 года в военном трибунале рижского военного округа начался про­цесс восьми арестованных нацистов, которые в годы окку­пации совершили ряд преступлений на территории Латвии, Литвы и Эстонии. Это были генералы П. Екельн (один из главных организаторов большой «акции» в рижском гетто в конце 1941 г.), 3. Руф, А. Д. фон Монтетон, В. фон Дит­фурт, П. Вехтер, Б. Павел, Г. Кипер и штандарт-фюрер С. А. Бекин. Семеро из обвиняемых (за исключением Дит­фурта) были приговорены к повешению.

На процессе Айнзац-групп в Нюрнберге в 1949 г. в спи­ске приговоренных к смерти фигурируют среди других Мар­тин Зандбергер и Эдуард Штраух, совершившие ряд пре­ступлений в Латвии.

Несомненно, однако, что лишь немногие из числа воен­ных преступников, — немцев и латышей, принимавших уча­стие в истреблении евреев Латвии, — попали на скамью под­судимых.

ЭСТОНИЯ

На территории Эстонии и смежных районов советские войска оказали сильное сопротивление немцам; это объяс­нялось их близостью к Ленинграду. В начале июля 1941 г. немцы заняли Тарту, но лишь спустя два месяца (3 сентяб­ря) их отряды вступили в Таллин. Эстония была также включена в состав Райх-комиссариата Остланд. Офици­ально она стала называться «Эстонским Генеральным Ок­ругом». Главным комиссаром Эстонии был назначен Карл Лицман; его резиденцией был Таллин. Эстонские «мини­стры», сотрудничавшие с наци, именовались «директора­ми»; во главе их стоял доктор Мае, один из главных руко­водителей существовавшего в Эстонии до войны фашист­ского движения «Вапс».

Судьба эстонских евреев. Тот факт, что занятие Эсто­нии немецкими войсками затянулось на два-три месяца, дало возможность значительной части эстонских евреев эвакуиро­ваться вглубь России. Сколько евреев эвакуировалось — неизвестно, но надо полагать, что около трех тысяч ев­реев вовремя выбрались из Эстонии. Около четырехсот или пятисот евреев было депортировано в Сибирь советскими властями в 1941 г., накануне нападения Гитлера на Россию. Поэтому можно считать, что в руки наци в Эстонии попало всего около одной тысячи евреев.

Отчеты Айнзац-групп и Шталекера содержат сведения о разгроме эстонского еврейства. Так, например, в отчете, который команда 1А Айнзац-группы А представила из Тал­лина 12-го октября 1941 г., имеется отдел «Евреи в Эсто­нии», в котором сообщается следующее:

Перейти на страницу:

Похожие книги

1991. Хроника войны в Персидском заливе
1991. Хроника войны в Персидском заливе

Книга американского военного историка Ричарда С. Лаури посвящена операции «Буря в пустыне», которую международная военная коалиция блестяще провела против войск Саддама Хусейна в январе – феврале 1991 г. Этот конфликт стал первой большой войной современности, а ее планирование и проведение по сей день является своего рода эталоном масштабных боевых действий эпохи профессиональных западных армий и новейших военных технологий. Опираясь на многочисленные источники, включая рассказы участников событий, автор подробно и вместе с тем живо описывает боевые действия сторон, причем особое внимание он уделяет наземной фазе войны – наступлению коалиционных войск, приведшему к изгнанию иракских оккупантов из Кувейта и поражению армии Саддама Хусейна.Работа Лаури будет интересна не только специалистам, профессионально изучающим историю «Первой войны в Заливе», но и всем любителям, интересующимся вооруженными конфликтами нашего времени.

Ричард С. Лаури

Зарубежная образовательная литература, зарубежная прикладная, научно-популярная литература / История / Прочая справочная литература / Военная документалистика / Прочая документальная литература
Идея истории
Идея истории

Как продукты воображения, работы историка и романиста нисколько не отличаются. В чём они различаются, так это в том, что картина, созданная историком, имеет в виду быть истинной.(Р. Дж. Коллингвуд)Существующая ныне история зародилась почти четыре тысячи лет назад в Западной Азии и Европе. Как это произошло? Каковы стадии формирования того, что мы называем историей? В чем суть исторического познания, чему оно служит? На эти и другие вопросы предлагает свои ответы крупнейший британский философ, историк и археолог Робин Джордж Коллингвуд (1889—1943) в знаменитом исследовании «Идея истории» (The Idea of History).Коллингвуд обосновывает свою философскую позицию тем, что, в отличие от естествознания, описывающего в форме законов природы внешнюю сторону событий, историк всегда имеет дело с человеческим действием, для адекватного понимания которого необходимо понять мысль исторического деятеля, совершившего данное действие. «Исторический процесс сам по себе есть процесс мысли, и он существует лишь в той мере, в какой сознание, участвующее в нём, осознаёт себя его частью». Содержание I—IV-й частей работы посвящено историографии философского осмысления истории. Причём, помимо классических трудов историков и философов прошлого, автор подробно разбирает в IV-й части взгляды на философию истории современных ему мыслителей Англии, Германии, Франции и Италии. В V-й части — «Эпилегомены» — он предлагает собственное исследование проблем исторической науки (роли воображения и доказательства, предмета истории, истории и свободы, применимости понятия прогресса к истории).Согласно концепции Коллингвуда, опиравшегося на идеи Гегеля, истина не открывается сразу и целиком, а вырабатывается постепенно, созревает во времени и развивается, так что противоположность истины и заблуждения становится относительной. Новое воззрение не отбрасывает старое, как негодный хлам, а сохраняет в старом все жизнеспособное, продолжая тем самым его бытие в ином контексте и в изменившихся условиях. То, что отживает и отбрасывается в ходе исторического развития, составляет заблуждение прошлого, а то, что сохраняется в настоящем, образует его (прошлого) истину. Но и сегодняшняя истина подвластна общему закону развития, ей тоже суждено претерпеть в будущем беспощадную ревизию, многое утратить и возродиться в сильно изменённом, чтоб не сказать неузнаваемом, виде. Философия призвана резюмировать ход исторического процесса, систематизировать и объединять ранее обнаружившиеся точки зрения во все более богатую и гармоническую картину мира. Специфика истории по Коллингвуду заключается в парадоксальном слиянии свойств искусства и науки, образующем «нечто третье» — историческое сознание как особую «самодовлеющую, самоопределющуюся и самообосновывающую форму мысли».

Робин Джордж Коллингвуд , Ю. А. Асеев , Роберт Джордж Коллингвуд , Р Дж Коллингвуд

Биографии и Мемуары / История / Философия / Образование и наука / Документальное