Когда Бог был женщиной. Как древнейшая религия Богини сменилась патриархальной верой в богов-мужчин

По словам Сетона Ллойда, профессора западноазиатской археологии, слово баал, которое обычно переводится как «господин», первоначально подразумевало временный статус или условное владение имуществом. Возможно, оно во многом аналогично индоевропейскому слову пати, которое также использовалось в значении «господин», «правитель», «владыка», «хозяин» или «муж», и, как я уже упоминала ранее, может быть связано с санскритским словом бала. В легендах Угарита на севере Ханаана Баал с горы Цафон попросил богиню Анат помочь воздвигнуть в его честь храм, которого у него еще не было. В тех же легендах XIV в. до н. э. Анат с легкостью уничтожила врага, достаточно сильного, чтобы сначала запугать, а затем и убить Баала. Хотя имя Баала в качестве бога грозы горы Цафон могло быть введено столетиями раньше жившими в Угарите хурритами, к моменту письменной фиксации этих легенд это имя также отождествлялось с супругом Богини, а в Угарите Баал был правителем, выполнявшим двойную функцию – бога грозы и умирающего супруга Богини, во многом подобного Думузи, Таммузу, Аттису, Осирису или Адонису. Говорят, что после его смерти Анат горевала по нему, как корова по теленку.

Даже Тор-Эль, старшее мужское божество, описываемое некоторыми авторами как верховный бог Угарита, по преданию, скрылось в сокровенном святилище своих восьми покоев, трепеща от страха перед приближением могущественной Анат. В тех же самых текстах Анат предстает как «Владычица Царства, Госпожа господствующих, Повелительница Высоких Небес». В свете скрижалей северного Ханаана вряд ли можно отстаивать идею о том, что любое из мужских божеств изображалось всевластным или всемогущим, если только не исходить из предположения, будто все мужские божества неизменно считались таковыми. Хотя данный вывод у большинства авторов остается невысказанным, именно Богиня Анат появляется в каждом из этих ханаанских преданий как божество величайшей доблести и силы.

В своем Библейском словаре 1900 года Дж. Гастингс утверждал, что Ашторет когда-то занимала верховное положение: «Эта Богиня была главным божеством семитов на примитивной матриархальной стадии их организации. Она была аналогом земной женщины – матриарха, свободной в своей любви, плодовитой матери рода и его предводительницы, как в мирные дни, так и во время войны».

Однако на страницах Ветхого Завета имя Ашторет, которое чаще всего использовалось в Южном Ханаане, где обосновалось большинство евреев, редко встречается отдельно. Оно почти всегда соединялось с Баалом, точно так же, как многие змееподобные демоны в индоевропейских легендах были сыновьями или мужьями Богини. Иногда эту религию даже называют баализмом. Хотя кажется бесспорным, что на юге страны, куда к тому времени уже успела глубоко проникнуть власть арийских князей, Баала в позднейшие библейские времена могли поднять до более высокого статуса, форма богослужения, ритуалы, эротические обряды, жрецы-евнухи, скорбь по Таммузу или Баалу как по умершему супругу, обилие статуй и памятных табличек Астарты, символических столбов и шестов (называемых учеными ашера, но всегда со строчной буквы) – все это свидетельствует о том, что в действительности целью яростных нападок еврейских жрецов была именно символика и обычаи религии Богини. Представляется более чем вероятным, что жрецы-левиты не только умышленно искажали Ее имя на письме и в произношении (превратив его в бошет, что значит «стыд»[200]), но и ссылались на Нее исключительно в мужском роде и отказывались признавать за Богиней Ее статус, постоянно связывая Ее имя с именем супруга-мужчины.

Как мы уже читали ранее, Библия и другая религиозная литература вполне способна не только фиксировать древние верования и предания, но и отчасти выражать вполне определенные политические устремления. Так, обсуждая библейский миф о Рае, Джозеф Кемпбелл писал о «явно выдуманных, поддельных или искаженных» мифологиях. Профессор Кьера полагал, что миф о Мардуке, по всей видимости, распространялся при посредничестве вавилонских армий, и указывал, что легенда о превосходстве Ашшура была всего лишь переработанной версией мифа о Мардуке. Он также писал, что первая глава Бытия, содержащая миф об Адаме и Еве, «явно создана в ученых кругах»[201], объясняя далее, что Библия подвергалась цензуре священников, которые одни имели право решать, что следует включить в историю прародителей человеческого рода. Профессор Виденгрен также отмечал, что тексты Библии в том виде, в каком мы ее знаем, «во многих местах подвергались цензуре и последующей чистке».