Когда корпорации правят миром

Внутренняя экономика, которая благоприятствует местным предпринимателям, служащим общественным интересам так, как не могут этого делать зарубежные производители и вольные инвесторы, не нуждается в исключении импортных товаров и внешних инвесторов. Там, где международная торговля и инвестиции приносят выгоду, их следует приветствовать. Но народ и его правительств имеют и право, и необходимость контролировать свою собственную экономическую жизнь. И граждане страны, безусловно, имеют моральное право создавала собственных границах препятствия, обеспечивающие преимущества для местных инвестиций. Такая стратегия принесла успех западным странам в период экономического бума после Второй мировой войны и обеспечила значительные экономические выгоды широким слоям населения. Это гораздо более прочная конструкция, чем то, что предлагает корпоративный либертарианизм.

Очень поучительно подумать о том, что могло бы произойти, если бы мы вышли из Второй мировой войны как общество корпоративного либертарианизма (капиталистического свободного рынка), а не демократического плюрализма. Вместо того, чтобы создать широкий стабилизирующий средний класс, куда входила и все возрастающая доля трудящихся классов, мы только углубили бы разделение на сверхбогатых владельцев капитала и угнетенный рабочий класс — разделение, похожее на то, которое породило ранние социадиетические движения в США и других западных странах.

К счастью, западные страны не отступили перед напором идеологического экстремизма, как социалистического, так и капиталистического толка, по крайней мере до 1980-х годов, и, вследствие этого, процветали.

ПРИМЕР ШВЕЦИИ

Швеция известна среди западных промышленных стран своими успехами в достижении изобилия и равенства путем соединения элементов как капиталистической, так и социалистической моделей внутри сильной структуры демократического плюрализма. Опыт Швеции дает поучительный пример динамики плюрализма и последствий глобализации.

Очень немногие осознают, что индустриализация пришла в Швецию на 100 лет позже, чем в Англию, и вплоть до начала периода, последовавшего за Второй мировой войной, Швеция оставалась крайне бедной страной. В сельской местности люди жили по преимуществу на небольших фермах, которые, принимая по внимание бедную почву и суровый климат, едва давали им средства к существованию. Одни умирали от голода, другие эмигрировали. Многие другие даже в нынешнем веке жили подобно крепостным в больших поместьях. Неграмотность была повсеместной. В конце 40-х годов было вполне обычным явлением, чтобы семья жила в однокомнатной квартире с кухней (туалет один на несколько семей). Даже шведская королевская семья была относительно бедной по сравнению с их европейскими родственниками  .

Успех современной Швеции принесла Шведская социал-демократическая партия, добившаяся продолжительного национального согласия, которое позволило ей оставаться у власти в течение 44 лет: с 1932-го по 1976-й  . Социал-демократы создали сложную систему социального обеспечения. Их политика в области заработной платы перевела многих рабочих в средний класс и установила значительную степень равенства в сфере заработной платы и большее равенство в оплате труда женщин и мужчин, чем в любой другой капиталистической стране  . Социал-демократы уделяли большое внимание поддержанию полной трудовой занятости. Для того чтобы побудить шведские транснациональные фирмы — такие как «Вольво», «Электролюкс», «Сааб» и «Эрикссон», — сосредоточить свою деятельность в Швеции, соответствующая действительно эффективная ставка налога была гораздо ниже для прибылей, полученных в Швеции, чем для прибылей, полученных за рубежом  .

Альянс между крупными шведскими корпорациями и рабочими организациями служил политической базой партии и поддерживал централизованные и мирные переговоры по вопросам зарплаты и условий труда между национальными профсоюзами и организациями работодателей. Это содружество дало значительные выгоды как большим профсоюзам, так и большому капиталу. Однако у этой системы были серьезные структурные изъяны, которые в конечном итоге расшатали ее. Одним из них была налоговая система, субсидировавшая более крупные фирмы, которые расширялись и инвестировали за счет небольших и семейных фирм. Это привело к усилению концентрации и монополизации собственности в шведской экономике. Хотя политика в сфере оплаты труда имела целью равенство внутри рабочего класса, разрыв между рабочим классом и теми, кто контролировал капитал, значительно вырос. В то время это считалось платой за поддержание заинтересованности промышленников в коалиции. Но, в конечном итоге, он привел к разрушению коалиции  .