Коктейль Молотова для сына (СИ)

Поэтому все выходные Лёха с утра до ночи занимался тем, что скармливал перфокарты портативному считывателю. Даже когда пришла Светка, он не оторвался от своего занятия, а заставил подругу аккуратно раскладывать стопки перфокарт по всей комнате. За этим занятием их застала Лёхина мать, заглянувшая в комнату.

— Вы чего тут затихли?

— Мы заняты, — ответил Лёха, засовывая в считыватель очередную колоду перфокарт. — Не мешай, а то мы всё перепутаем.

— У вас тут прямо целый вычислительный центр! — покачала головой мать.

Лёха не обратил на эти слова внимания, но Светка тут же проявила свою журналистскую хватку.

— Мария Тимофеевна, а вы работали в вычислительном центре?

— Так, имею общее представление, — смутилась мать. — Вы не голодные? Может, вам бутербродов сделать?

— Мам, давай потом, — отмахнулся Лёха.

К вечеру выходных они со Светкой перелопатили все коробки с перфокартами, в результате получилось пять мегабайт текста программы. Лёха скинул их на флешку, потом подумал и сделал ещё одну копию. Когда он убирал флешку в карман, Светка поразилась:

— И что, вся информация с этой кучи перфокарт уместилась на одну флешку?

Лёха покрутил руках флешку.

— На самом деле сюда в тысячу раз больше может поместиться.

5

В понедельник с утра Лёха с флешкой в руках подошёл к Михаилу.

— У меня тут одна программа для ЕСки есть. Можно её прогнать и посмотреть, что получится?

— На ЕСке только ночью — днём она занята, — ответил Михаил. — А на эмуляторе — сколько угодно. У тебя в каком виде — Фортран, Ассемблер?

— Если честно — я не разбираюсь, — признался Лёха. — Но в виде исходного текста.

Михаил подключил флешку и стал листать файлы.

— Вот это? Похоже на классический Фортран. Давно писали, последние годы подпрограммы по-другому оформляли. Это кто писал-то?

Лёха не хотел посвящать его во все подробности, надо было придумать какое-то объяснение.

— А это у меня мать раньше в вычислительном центре работала, вот её ностальгия замучила. Попробуй, говорит, запустить — может, заработает.

— Так она у тебя программист? — уважительно спросил Михаил.

— Да не… — растерялся Лёха. — Она это… Ну неважно, давно это было.

— Точно, давно, — согласился Михаил, продолжая листать на экране текст программы. — Тут вон в заголовке дата стоит — март 1969 года.

— Где?! — через его плечо Лёха заглянул в монитор. — Вот это? «CONT PROGLIB ####»? Это что такое?

— Управляющая перфокарта, — коротко пояснил Михаил. — Сейчас попробую скормить твою программу транслятору.

По экрану персонального компьютера побежали строки сообщений транслятора. Ждать пришлось минут пять.

— Ничего себе! — удивился Михаил. — Могучая программа! Обычно за несколько секунд проскакивает. Но вроде оттранслировалось без ошибок. Попробовать запустить?

— Попробуй! — Лёха облизал пересохшие от волнения губы.

Михаил пробежался пальцами по клавиатуре и присвистнул от удивления.

— Ожидаемое время выполнения программы — пять часов!

— Это много? — не понял Лёха.

— Это очень много! У меня тут восьмиядерной проц и памяти 32 гига. А ЕСка это будет молотить двое-трое суток.

— И что делать?

— Персоналка к вечеру досчитает. А если хочешь на ЕСке прогнать — то надо на все выходные запускать. Но тогда надо здесь оставаться дежурить. Ты готов?

— Да не вопрос! Домой только позвоню, чтобы не волновались.

Михаил улыбнулся его энтузиазму.

— Я же сказал — в выходные, а сейчас только понедельник.

Весь день Лёха постоянно бегал к персональному компьютеру, на котором был установлен эмулятор ЕСки и работала программа с перфокарт. Наконец, вечером он увидел долгожданное сообщение «Работа программы завершена».

— Ну что, случилось чудо? — подошёл Михаил.

— Чего она тут насчитала? — спросил Лёха.

— Так, вот получился результат, который скинут в текстовый файл. В оригинале он должен распечатываться. Смотрим этот файл. Тут заголовок и какая-то таблица. И чего — эту таблицу он вычислял весь день?!

— А что в заголовке? — Лёха дрожал от нетерпения.

— Погоди, кодировку переключу, а то русские буквы не видно. Вот, теперь видно. «Исходная точка — 12 марта 1969, конечная точка — 12 марта 1999». Дальше список каких-то параметров, и пошла таблица. Ты знаешь, что всё это значит?

— Вот теперь буду думать, — озадаченно произнёс Лёха. — Но главное, что программа здесь работает. Надо будет ещё прогнать на ЕСке и сравнить.

— Но это только в выходные, — напомнил Михаил. — Тебе получившийся файл распечатать?

Всю дорогу до дома Лёха мучительно думал — что это означает. Исходные и конечные точки — это явно указывает на то, что это расчёты временного перехода. Получившаяся таблица — параметры для настройки аппаратуры машины времени. Но почему исходная точка — 12 марта 1969 года? Насколько он знает, переходов было два — в июне 1968 и в сентябре 1968. Тогда это что? Посчитали про запас? Или же был третий переход во времени, о котором он не знает? Но Ковалёв про него тоже ничего не говорил.

6

Около дома его уже поджидали друзья.

— Ну ты где ходишь? — недовольно спросила Ольга. — У меня в пятницу утром самолёт, а мы ещё ничего не обсудили.