Коктейль Молотова для сына (СИ)

Но нет, «что-то» Андрея не устраивало, он хотел большего. Гораздо большего! И он это получил тогда на Старой площади. Но неприметный человек потребовал расписки. И Андрей их подписал. Потом он долго вспоминал эти идиотские формулировки: «… получая в свой распоряжение народную собственность…», «…обязуюсь по первому требованию…». Но тогда он был просто ослеплён открывавшимися перспективами. Уже через месяц он зарегистрировал свой банк. Все охотно шли ему навстречу, и он подозревал, что при этом не обходилось без телефонного звонка неприметного человека со Старой площади.

Со временем он привык считать это всё своим. И он считал, что имеет на это право — ведь он точно знал, к чему всё идёт. И он тоже шёл к этому широкими шагами. И он не ошибся. Только вот эти расписки! В ночных кошмарах ему виделось, как к нему подходит неприметный человек и вкрадчивым голосом говорит: «Андрей Николаевич, мы благодарим вас за ваши услуги. А теперь верните народную собственность её законному владельцу — советскому народу!»

Пройдя вдоль стены с фотографиями, он остановился перед сейфом. Замок сработал от отпечатка пальца. Андрей пошарил внутри и достал небольшую малиновую коробочку. Она приятной тяжестью давила на ладонь. Он открыл её — вот он, орден Ленина! Его орден Ленина! Самое весомое доказательство, что всё это ему не приснилось, всё было на самом деле. В том числе и Мария.

2

Чем ему всегда нравился Лондон, особенно по сравнению с Москвой — так это своей безопасностью. Можно спокойно прогуливаться по своему району без охраны, не опасаясь случайных встреч со всякими неприятными людьми. Конечно, Москва в этом плане, говорят, тоже поменялась в лучшую сторону, но он ещё помнил 90-е — передвижения по городу только с охраной, только в бронированном «Мерседесе». Нет, всё же старая демократия — это комфорт и безопасность. Хотя таких прибылей, как в России, здесь никто себе даже представить не может.

Из состояния расслабленной задумчивости его вывел нежный девичий голос:

— Good morning, mister Nechaev!

— Утро доброе! — в ответ кивнул он, и только сейчас обратил внимание на девушку — аккуратная причёска, неброский макияж, строгое платье. И какой-то едва уловимый аромат Москвы.

— Мы знакомы? — он удивлённо вскинул брови.

— Нет, — улыбнулась девушка. — Но если вы не возражаете, это можно исправить.

Андрей Николаевич внимательно посмотрел на неё. Нет, она не похожа на многочисленных наивных дурочек, которые хотят подцепить богатого папика. И главное — этот уверенный голос с явным московским произношением. Дочка кого-то из старых знакомых? Или уже внучка?

— Ну что же, давай попробуем! — решился Андрей Николаевич.

— Меня зовут Ольга, и я из Москвы.

— Я уже догадался.

— Андрей Николаевич, а вот по какому поводу я искала с вами встречи, вы ни за что не догадаетесь!

— Ого, да ты собрала на меня досье?!

— Мне про вас рассказывал подполковник Ковалёв.

Нечаев сразу насторожился — какой ещё подполковник?! Он ушёл со службы почти тридцать лет назад.

— Не помню такого, — холодно ответил он.

— Это неудивительно, — продолжала улыбаться девушка. — В 1968 году он был старшим лейтенантом.

Так вот о чём она говорит! Не зря он сегодня доставал из сейфа орден Ленина! Но откуда она всё это знает? Или контора наконец-то вспомнила о нём?

— Может, зайдём в кафе? — предложила девушка.

— Ты привезла из Москвы свежего полония? — с серьёзным лицом пошутил Нечаев. Девушка звонко рассмеялась.

— Я не думала, что такие серьёзные люди, как вы, верят в эти газетные истории!

— И всё же — что ты от меня хочешь? — с хмурым видом попытался выпытать у неё Нечаев.

— Андрей Николаевич, всего лишь послушать рассказ про ваше путешествие во времени, — и, предваряя его возражения, она быстро объяснила. — Учительница истории в нашей школе собирает материалы про это малоизвестное событие. Её отец служил в части, где проводились эти эксперименты. Его фамилия Константинов, а Ковалёв, который мне про вас рассказал — его сослуживец, начальник вычислительного центра. Он ещё дружил с Марией Егоровой…

— Что с ней? — перебил Нечаев. — Ты видела её?

— Но ведь говорят, что она погибла в ходе второго эксперимента, — растерялась девушка.

Сказать ей или нет? А если её действительно послала контора? Но времена изменились, неужели они так и не простили Марии, что она отказалась возвращаться? И он решился.

— Она не погибла. Я лично в 1993 году делал ей новые документы.

— То есть это правда, что она отказалась возвращаться из 1993 года?! — воскликнула девушка.

— Да, официально было объявлено, что Мария погибла. Но она осталась в 1993 году. Я с ней встречался, уже спустя 25 лет, как она отказалась вернуться вместе со мной. Только для неё это было всего через час. Она попросила сделать ей документы, и наши пути разошлись. То есть ты её не видела?

— Нет, — девушка уже была серьёзна и сосредоточена. — Мы пробовали найти Марию Сергеевну Егорову, но у нас ничего не получилось.

— Я делал ей документы на Марию Тимофеевну Климову, 1973 года рождения.

— Как?! — девушка замерла и, не отрываясь, глядела на него.

— Что такое? Тебе нехорошо?