Конец банковского дела. Деньги и кредит в эпоху цифровой революции

Нынешние сторонники концепции безопасного банковского дела не учитывают, как именно изменился мир после цифровой революции. Идея безопасного банковского дела зародилась более 80 лет назад, когда операции еще осуществлялись на бумаге. С одной стороны, современные идеи на базе концепции безопасного банковского дела не учитывают, насколько информационные технологии усугубили проблему границ. С другой стороны, они не учитывают и предлагаемые информационными технологиями возможности. Несмотря на нашу критику, концепции безопасного банковского дела, например движения Positive Money, — это шаг в верном направлении. Так, сторонники «положительных денег» справедливо считают банковское дело источником нестабильности, который обеспечивает владельцам и сотрудникам фантастические прибыли за счет создания внутренних денег[196].

Сторонники концепции ограниченного банковского дела со всей серьезностью подходят к проблеме границ. Это достигается регулированием не только банков, но и всех финансовых организаций. По сути, концепция ограниченного банковского дела требует, чтобы все финансовые организации стали паевыми фондами, то есть финансировались бы исключительно за счет собственного капитала[197].

Более того, финансовым организациям предлагают инвестировать лишь в те кредиты, которые прошли проверку Федерального финансового управления (FFA) или рейтингового агентства, привлеченного этим надзорным органом. В итоге FFA будет осуществлять оценку или сертификацию всех кредитных рейтингов и, следовательно, станет почти всемогущей организацией, которая будет нести всю ответственность за мониторинг всех заемщиков в экономике[198].

Хотя концепция ограниченного банковского дела учитывает проблему границ, ей свойственны другие серьезные недостатки. Так, она монополизирует мониторинг и переводит его из частной сферы в государственную. За обременение государства придется дорого заплатить. Конкуренция между делегированными контролерами сойдет на нет, а ее место займут бюрократические процедуры, осуществляемые в соответствии с требованиям закона. Отсутствие здоровой конкуренции в сфере мониторинга, вероятно, приведет к падению эффективности и росту затрат заемщиков и кредиторов.

Кроме того, объединение мониторинга в рамках одной организации — хоть частной, хоть государственной — приводит к напрасной концентрации власти. Вспомните знаменитое высказывание лорда Актона: власть развращает, а абсолютная власть развращает абсолютно. FFA будет решать, кто получает доступ к кредиту, а кто нет. Ограниченное банковское дело приведет к установлению государственной монополии на контроль и мониторинг, а это выльется в непотизм[199].

Хотя ограниченное банковское дело — это шаг к решению проблемы границ, оно приводит к созданию органа с неограниченными полномочиями. Более того, проблему границ оно не решает. Ограниченное банковское дело требует, чтобы надзорные органы проводили различие между финансовыми и нефинансовыми организациями. Казначейства крупных промышленных компаний проводят операции, которые не отличить от операций финансовых организаций. Они управляют потребностями своих компаний в ликвидности и хеджируют финансовый риск. Кроме того, малые и средние компании предоставляют краткосрочные кредиты. Невозможно найти четкие юридические критерии для присвоения организации статуса финансовой.

Проблема границ финансового регулирования не только усложняет жизнь надзорным органам, но и требует внимания при попытке ликвидировать банковское дело. Запрет создания денег банками посредством кредитования (как при безопасном банковском деле) не приведет к ликвидации банковского дела. Им займутся организации, которые не будут называться банками. Внедрение строгой нормативно-правовой базы для всех финансовых организаций с целью недопущения банковского дела — как при ограниченном банковском деле — также не решает в полной мере проблему границ. Банковским делом могут заняться организации, которые будут называться «нефинансовыми».

И снова упомянем, что банковское дело не ограничивается определенным набором организаций, которые называют себя банками или финансовыми институтами. Оно не ограничивается даже единственным балансом. Корни банковского дела уходят гораздо глубже: в метод двойной записи. И чтобы покончить с банковским делом, к нему следует подступиться именно на этом фундаментальном уровне: на уровне бухгалтерии.

Напомним, что для трансформации кредита во внутренние деньги применяются шесть финансовых техник (гл. 4): концентрация, диверсификация, структуризация, обеспечение кредита, страхование вкладов и предоставление контрактной ликвидности. Если их запретить, банковское дело станет невозможным. Однако не стоит перегибать палку. Финансовые техники выполняют и множество полезных задач.