Читаем Конфуций. Первый учитель Поднебесной полностью

Правители государств не могли примириться с таким обращением со стороны знати, и их решимость разрушить созданный аристократами олигархический режим крепла. Политические и социальные условия той поры допускали такие надежды, поскольку примерно к тому же времени относится заметная перемена в распределении компетенций социальных слоев в городах-государствах – с началом этой перемены стал слабеть авторитет самой знати в обществе. Дело постепенно шло к передаче власти недавно возникшему классу служилых, представители которого постепенно набирались знаний и военного мастерства. Из-за своих талантов они и попадали на службу к аристократическим родам. Князья рассчитывали, назначая на должности таких недавно выдвинувшихся служилых – военных или чиновников, одним ударом вырвать из рук старых аристократических группировок монополию на управление.

Дело было в 530 году до н. э., за тринадцать лет до того, как танец восьми рядов танцоров, устроенный семьей Цзи, вызвал гнев Конфуция. Пинцзы, ставший очередным старейшим представителем семьи Цзи, пренебрег посылкой поздравлений по случаю своего вступления в права главы семейства Нань Куаю, мэру города Би (главной укрепленной резиденции семьи Цзи). Обидевшись на такое невнимание, Нань Куай составил заговор с целью сместить Пинцзы и вернуть владения и богатства семьи Цзи государству Лу. Однако, к несчастью, этот план потерпел неудачу, и, сделав безуспешную попытку сдать крепость Би соседнему княжеству Ци, он в конце концов бежал в Ци. Итак, знать, ранее отобравшая у князей контроль над страной, теперь сама теряла власть, которая переходила к представителям нового класса служилых, подчиненным аристократов. К концу середины эпохи Весен и Осеней, когда Конфуций становился взрослым, в княжестве Лу повторилась старая история о подчиненном, оборачивающемся против своего хозяина и побеждающем его.

Пока Пинцзы устраивал танец восьми рядов танцоров (он был посягательством на ритуал, являвшийся прерогативой чжоуского императора) во время празднества в семейном святилище и предавался грандиозным мечтаниям, в строгой конспирации составлялся заговор, целью которого было свержение автократии дома Цзи одним ударом. Источником конфликта была ссора между Пинцзы и его ближайшими соседями – семьей Хоу. Кроме того, тот факт, что Цзи приютили некого Цзан Цзэна после его побега в результате внутрисемейного конфликта в роде Цзан, положил начало враждебности между семьями Цзи и Цзан. Семья Цзан была самым известным луским кланом, из нее вышли многие мудрые и славные государственные деятели, и до сих пор она на протяжении многих поколений поддерживала самые тесные отношения с семьей Цзи.

Дед и прадед Пинцзы были талантливыми первыми министрами в Лу и составили себе хорошую репутацию на этом посту. И сам Пинцзы поддерживал близкие отношения с некоторыми высокопоставленными чиновниками государства Цзинь, лидера северной коалиции. Таким образом, он располагал серьезной поддержкой и во внешних, и во внутренних делах государства и, полагаясь на могущество своего дома, бесстыдно устроил упомянутый танец. Эта беззастенчивая узурпация вызвала неодобрение всех людей доброй воли. Хотя семья Цзан и была по статусу ниже Трех семей, она все же пользовалась в Лу некоторым признанием. В глазах остальной недовольной аристократической молодежи ссора с этим известным кланом создала пропасть, навести мост над которой было уже нельзя.

В один из дней девятого месяца 517 года до н. э. Шусуня Чжаоцзы, добившегося доверия народа Лу своей умелой политикой на посту первого министра, не было в стране. Воспользовавшись этим удобным случаем, недовольные молодые аристократы объединились с кланом Хоу и подняли отряд, который взял приступом принадлежавшее клану Цзи поместье. Застигнутый врасплох Пинцзы укрылся в угловой башне. Там он начал переговоры с молодым аристократом, осадившим его в укрытии. Глава клана Цзи просил позволения уехать из города, но ему отказали. Тогда он изъявил желание отказаться от должности министра и удалиться в свою крепость Би, однако и этого ему не разрешили. Немедленно вслед за тем он предложил погрузить семейное имущество на пять колесниц и оставить государство. Эту просьбу также отклонили. Казалось, что Цзи Пинцзы не уйти живым.

Перейти на страницу:

Все книги серии Nomen est omen

Ганнибал: один против Рима
Ганнибал: один против Рима

Оригинальное беллетризованное жизнеописание одного из величайших полководцев в мировой военной истории.О Карфагене, этом извечном враге Древнего Рима, в истории осталось не так много сведений. Тем интересней книга Гарольда Лэмба — уникальная по своей достоверности и оригинальности биография Ганнибала, легендарного предводителя карфагенской армии, жившего в III–II веках до н. э. Его военный талант проявился во время Пунических войн, которыми завершилось многолетнее соперничество между Римом и Карфагеном. И хотя Карфаген пал, идеи Ганнибала в области военной стратегии и тактики легли в основу современной военной науки.О человеке, одно имя которого приводило в трепет и ярость римскую знать, о его яркой, наполненной невероятными победами и трагическими поражениями жизни и повествует эта книга.

Гарольд Лэмб

Биографии и Мемуары / История / Образование и наука / Документальное

Похожие книги

Бомарше
Бомарше

Эта книга посвящена одному из самых блистательных персонажей французской истории — Пьеру Огюстену Карону де Бомарше. Хотя прославился он благодаря таланту драматурга, литературная деятельность была всего лишь эпизодом его жизненного пути. Он узнал, что такое суд и тюрьма, богатство и нищета, был часовых дел мастером, судьей, аферистом. памфлетистом, тайным агентом, торговцем оружием, издателем, истцом и ответчиком, заговорщиком, покорителем женских сердец и необычайно остроумным человеком. Бомарше сыграл немаловажную роль в международной политике Франции, повлияв на решение Людовика XVI поддержать борьбу американцев за независимость. Образ этого человека откроется перед читателем с совершенно неожиданной стороны. К тому же книга Р. де Кастра написана столь живо и увлекательно, что вряд ли оставит кого-то равнодушным.

Фредерик Грандель , Рене де Кастр

Биографии и Мемуары / Публицистика
Павел I
Павел I

Император Павел I — фигура трагическая и оклеветанная; недаром его называли Русским Гамлетом. Этот Самодержец давно должен занять достойное место на страницах истории Отечества, где его имя все еще затушевано различными бездоказательными тенденциозными измышлениями. Исторический портрет Павла I необходимо воссоздать в первозданной подлинности, без всякого идеологического налета. Его правление, бурное и яркое, являлось важной вехой истории России, и трудно усомниться в том, что если бы не трагические события 11–12 марта 1801 года, то история нашей страны развивалась бы во многом совершенно иначе.

Александр Николаевич Боханов , Евгений Петрович Карнович , Казимир Феликсович Валишевский , Алексей Михайлович Песков , Всеволод Владимирович Крестовский , Алексей Песков

Биографии и Мемуары / История / Проза / Историческая проза / Учебная и научная литература / Образование и наука / Документальное
Моя борьба
Моя борьба

"Моя борьба" - история на автобиографической основе, рассказанная от третьего лица с органическими пассажами из дневника Певицы ночного кабаре Парижа, главного персонажа романа, и ее прозаическими зарисовками фантасмагорической фикции, которую она пишет пытаясь стать писателем.Странности парижской жизни, увиденной глазами не туриста, встречи с "перемещенными лицами" со всего мира, "феллинические" сценки русского кабаре столицы и его знаменитостей, рок-н-ролл как он есть на самом деле - составляют жизнь и борьбу главного персонажа романа, непризнанного художника, современной женщины восьмидесятых, одиночки.Не составит большого труда узнать Лимонова в портрете писателя. Романтический и "дикий", мальчиковый и отважный, он проходит через текст, чтобы в конце концов соединиться с певицей в одной из финальных сцен-фантасмагорий. Роман тем не менее не "'заклинивается" на жизни Эдуарда Лимонова. Перед нами скорее картина восьмидесятых годов Парижа, написанная от лица человека. проведшего половину своей жизни за границей. Неожиданные и "крутые" порой суждения, черный и жестокий юмор, поэтические предчувствия рассказчицы - певицы-писателя рисуют картину меняющейся эпохи.

Александр Снегирев , Елизавета Евгеньевна Слесарева , Адольф Гитлер , Наталия Георгиевна Медведева , Дмитрий Юрьевич Носов

Биографии и Мемуары / Проза / Современная русская и зарубежная проза / Современная проза / Спорт