Коннектография

Однако быстрое формирование конкурентного глобального цифрового рынка труда — обоюдоострый меч для среднего западного потребителя. В то время как многие азиаты на Upwork выполняют три-четыре работы одновременно, сидя где-нибудь в кафе или других местах общественного пользования, малоквалифицированные американцы страдают от последствий киберструктурной безработицы, особенно притом, что половина всех рабочих мест предлагается в развитых странах в секторах пользующихся спросом услуг. Если им повезет, они просто столкнутся со сменой ролей: так же как тысячи сотрудников кол-центров в Индии переходили на ночной образ жизни, чтобы обеспечивать потребности клиентов в США, многие американские программисты и дизайнеры теперь работают по ночам, чтобы обслужить азиатских клиентов. Но даже при этом они работают в одиночку: в 2014 году 53 миллиона американцев обозначили себя как фрилансеры (более трети всех трудовых ресурсов страны), и их число будет только расти136. Поскольку многие крупные компании либо сокращают персонал, либо переводят его на неполный рабочий день, собирая команды лишь в случае необходимости, постиндустриальное общество превращается в совокупность виртуальных временных сотрудников, нанимаемых на работу через таких посредников, как портал Wonolo и подобные, действующие как служба персонала для Coca-Cola и других компаний, оперативно предоставляя сотрудников на несколько часов после подачи заявки. Самая быстрорастущая категория вакансий в США — для временных работников, живущих на заработки от разовых работ, предлагаемых на сайтах TaskRabbit или Fiverr, где выполнение одной разовой работы оплачивается по ставке 5 долларов.

Говоря о странах, продвигающихся по цепочке ценностей, следует уточнить, что мы имеем в виду: компании или их сотрудников. Несмотря на то что американские IT-компании самые инновационные в мире, наиболее распространенная вакансия в тридцати из пятидесяти штатов США — водитель грузовика. Автоматизированные технологии выбрасывают на улицу миллионы белых воротничков из-за растущей аналитической способности алгоритмов. Если работников не переквалифицировать и не переобучить, то они потянут общество вниз, невзирая на рост производительности труда и эффективности экономики при меньшей численности рабочей силы.

Прогрессивные правительства находят способы использовать новую реальность в виде массовой неполной занятости. Реализуемая в Великобритании программа Slivers of Time, финансируемая правительством, но управляемая частными лицами, создает микрорабочие места, адаптированные к индивидуальному графику сотрудников и увеличивающие их доход, одновременно обеспечивая ежегодный прирост налоговых платежей до 500 миллионов долларов. После финансового кризиса Германия представила схему Kurzarbeit, позволяющую работникам сохранять рабочие места на неполный рабочий день и использовать оставшееся время для переобучения или повышения квалификации в рамках программ, совместно финансируемых отраслевыми ассоциациями, профсоюзами и правительством.

Можно ли считать экономику совместного потребления еще одним путем к экономическому спасению? Платформы, позволяющие арендовать активы, принадлежащие другим собственникам (например, автомобили, дома), генерируют объем продаж, который, по некоторым оценкам, достигнет 300 миллиардов долларов к 2020 году. Капитализация Uber и Airbnb резко растет, поскольку они создали рынок для миллиардов связанных через интернет людей. По сути, экономика совместного потребления — неправильный термин. Скорее, это расцвет саморегулируемого децентрализованного капитализма, при котором людям платят за работу, поделенную на микрооперации. И если они это делают, то связанность становится основой их стабильности.

Социолог XIX века Эмиль Дюркгейм приветствовал бы сегодняшний переход от вертикальной зависимости к горизонтальной взаимозависимости. Дюркгейм стал таким же пророком для киберреволюции, как и для промышленной революции, в ходе которой он наблюдал растущую специализацию работников и утверждал, что «…рост объема и динамической плотности общества радикально меняет фундаментальные основы коллективного существования» [10]. Под «динамической плотностью» он подразумевал количество, скорость и разнообразие операций, которые происходят в постоянно расширяющемся разделении труда. Работники, успешно занимающиеся распределенными рабочими заданиями и совместно предоставляемыми услугами, создают собственные профсоюзы, чтобы быть услышанными в эпоху киберкапитализма. Такие меж­отраслевые группы, как Союз фрилансеров, постепенно наращивают численность и влияние, поскольку требуют повышения минимальных ставок и предоставления гибких пакетов медицинского страхования. Чем интенсивнее роботы и алгоритмы автоматизируют человеческий труд, тем больше мы будем полагаться на нашу взаимосвязанность ради общего экономического процветания.

ГЛАВА 15

ВЕЛИКОЕ СМЕШЕНИЕ НАРОДОВ

СМЕШАННАЯ ЦИВИЛИЗАЦИЯ