Контуберналис Юлия Цезаря

   Придя домой, Иван напрямую спросил Мамерка о предмете его страсти - Юлии. Бывший пират удивился осведомленности хозяина на счет жены Долабеллы, и, ничего не утаивая, рассказал. Причем описал роман с самого начала. Как он захватывал римское судно, как пленил прекрасную матрону, как влюбился в нее, как жил с ней, и как потом с ней расстался. Родина тронул рассказа Мамерка о его истории любви к Юлии. И он сказал македонянину:

   - Что же боги снова вас свели вместе, и это замечательно, Мамерк! Желаю, чтобы вы с Юлией продолжали свои страстные отношения. Но только, славный воин, будь предельно осмотрителен и по здравому опаслив. От любви можно так потерять голову, что ты забудешь об элементарной осторожности. А Долабелла коварен и хитер, и если он узнает о вашей связи, то беды вам не миновать, он погубить вас обоих или замучает в страшных пытках.

   - Хозяин, клянусь Гераклом, я буду осторожен.

   - А может тебе стоит вступить по просьбе Цезаря в легион центурионом и принять римское гражданство. А в войне против Парфии станешь героем и можешь претендовать на Юлию. А я попрошу Цезаря устранить Долабеллу или отправить в ссылку и дать тебе в жены матрону. Мне-то он не откажет.

   - Благодарю тебя, о, великодушный Иван Сальватор за участие к моей судьбе, но вот что я скажу. Я уже сыт по горло сражениями, схватками, поединками, я устал биться, и мне хочется проводить большую часть своего времени с любимой женщиной. Тем более я не сжимал ее в объятьях пять долгих лет. Да и о сыне я мечтаю давно. Пусть Юлия родит мне сына. А Долабеллу я устраню сам. Удобный момент представиться мне тогда, когда он в следующий раз поедет на свою виллу в Капую. Я перебью всю его охрану, прокрадусь к нему ночью в спальню и заколю мечом. Или попросту задушу. И никто знать не будет, кто это сделал. Спишут его смерть на его многочисленных врагов.

   - Делай, как знаешь, а я тебя прикрою если что. Но еще раз повторяю и прошу: будь осторожен, Мамерк.

   - Благодарю тебя, хозяин. Я рад слышать такие поддерживающие мой дух славные речи. И я тоже за тебя, мой господин, пойду и на мечи и копья, и в огонь и в воду, и с самим богом смерти Танатосом вступлю в бой. И даже с его лучшим воином Аресом. Везде где ты будешь, буду и я, о, мой славный Сальватор. Я - твоя преданная тень.

   - Благодарю тебя, мужественный Мамерк. Я счастлив, что ты со мной и в беде и в радости. Я не ошибся, выбрав тебя в качестве моего верного приближенного. Но вот, послушай, благородный Мамерк, что сегодня произошло со мной на Форуме...

   Иван рассказал своему начальнику охраны о встрече с Квинтом Фаррелом и о том, как они договорились о поединке в бане.

   Мамерк, внимательно выслушав господина, сразу критически изрек:

   - Ты поступил крайне неблагоразумно, мой хозяин.

   - Отчего же? И в чем это выражается?

   - Ты напрасно не взял с собой охрану или хотя бы меня, когда шел на свидание с дочкой Долабеллы. Это могла быть засада твоих или Цезаря врагов. Либо вместо ловушки оказался подосланный убийца. Он мог вынырнуть из толпы и заколоть тебя явно, на виду у всех. Или сделать это тайно. Он мог сзади поразить тебя кинжалом в почку или самое сердце и скрыться благополучно в толпе. А в случае с Фаррелом... то там тебе, мой славный Иван, неслыханно повезло. Трибун мог запросто тебя убить, ты даже не успел бы обнажить меч. Фаррел - искусный и коварный воин. И ненавидеть тебя всей душой! Как он сдержался в своих эмоциях и не бросился на тебя - это только боги знают.

   - Это точно, доблестный Мамерк, - согласился Родин. - Я дурак, я глупый человек, что не взял с собой охрану. Меня действительно могли запросто лишить жизни. Но Христос, а может и Юпитер или возможно твой Зевс уберегли меня от внезапной и подлой смерти. Но что ты думаешь о договоре с Фаррелом? Правильно ли я поступил, согласившись на прилюдный бой с ним?

   - Мой совет, хозяин, прост как колесо повозки. Убить трибуна из-за угла темной ночью и тем самым разрешить все твои проблемы. Дай приказ мне, славный Иван Сальватор и я скоро организую покушение. И тогда военный трибун девятого легиона Квинт Фаррел больше не будет тебе мешать на пути к твоему семейному счастью.

   Иван отрицательно покачал головой.

   - Нет, Мамерк, я другого склада человек. Хотя я и живу в жестоком античном мире, но я пока полностью не ожесточился, и сердце у меня не превратилась в камень. Попробую по-честному выиграть у Фаррела поединок.

   - Тогда он сильно побьет тебя. В поединке против него у тебя нет шансов, Иван Сальватор. Не гневайся на меня, но это так. Он боец панкратиона. Он разносторонен. Трибун не только бьет хорошо руками и ногами, но он еще искусно борется. Он либо просто задушит тебя в партере либо переломает тебе все кости либо порвет все сухожилия. Он чемпион Рима. Я видел, как он состязается с другими атлетами в Большом Цирке.

   - Спасибо, Мамерк, утешил меня, как мог, - резко загрустил Родин.

   Начальник охраны, увидев реакцию босса на его слова, извиняюще улыбнулся.