Вспомните свою реакцию, если после прочтения плохих новостей вы начинаете читать что-то позитивное. Уже не так хорошо заходит, верно? Уже и смеешься не так задорно, и улыбаешься не во весь рот, как если бы сразу увидел смешное и поймал правильную волну.
Или еще пример: книга со слабым началом. Помните то ощущение, когда первая страница не пошла, вторая, третья… Затем просто наступает момент, когда мы выносим суждение «плохая книга». И все. Шансов у автора оправдаться уже почти нет.
Однажды вынесенное суждение очень сложно изменить. Если разобраться трезво, то мы и просмотрели-то всего пару процентов всей книги, а уже распространяем негатив на весь материал. Единственная сила, которая может его сломить, это фактор социального подтверждения (о нем я подробно говорил в «Текстах, которым верят»). Только масса положительных отзывов, советы друзей и настойчивое нахваливание способны дать шанс мысли «А может, я поторопился с выводами? Может, перечитать как-нибудь вечерком?».
Обратная ситуация: начало – ураган. Мы буквально проглатываем его и бежим, бежим за автором. А потом тот спотыкается. И не идет книга. Ну не то стало. Бросаем ли мы ее сразу? Нет, мы ищем любые лазейки, чтобы доказать себе, что не ошиблись с позитивной оценкой. Если книга понравилась изначально, мы даем ей намного больше шансов вернуть наше сердце. Мы помогаем ей изо всех сил.
Зачем нам такие знания? А затем, что без понимания этих принципов можно «забить» позитивное послание негативными факторами. И эмоциональный фон смажется. А еще хуже – настроит нас на негативно-холодное восприятие информации. Особенно это актуально для случаев, когда вначале идет негативная картинка как средство убеждения.
Чтобы подобного не произошло, нужно всегда помнить два правила.
Старайтесь начинать любой текст с позитивных образов и ассоциаций. Настраивайте читателя на правильную волну заранее. Даже если затем пойдет какой-то негативный фон, всегда старайтесь давать его в два-три раза меньше, чем позитивных слов и ассоциаций.
Использование негатива – вполне действенный прием. Особенно там, где есть главная боль или страх читателя. Скажем, все курильщики отлично знают, что рак легких – далеко не шутки. Есть, конечно, у табака и масса других гадостных последствий, но опасение именно этой страшной болезни особенно тревожит всех. Именно она и является главной болью читателя.
Что делать, чтобы негатив не украл наше убеждение? Нужно давать негативную информацию так, чтобы в итоге ее было в два-три раза меньше позитивной.
Напугали человека проблемами курения, дали картинку плохого исхода? А теперь вернитесь с большой ложкой меда. Снимите страх. Объясните, что все решаемо. Покажите картинки позитивных изменений, если человек бросит курить. Старый добрый хеппи-энд обязателен. Концовка должна быть со знаком плюс, чтобы она не искажала послевкусие.
Единственное исключение – это когда эмоциональный фон концовки сложно разобрать. Например, ваш текст заканчивается так: «Вероятность 70 % рака легких в течение следующих 20 лет или спокойная жизнь в кругу любящей семьи и здоровые легкие. Выбирайте сами…» Как видите, концовка какая-то размытая. Двойственная. В этом случае послевкусие будет определяться тональностью текста, данного ДО концовки. И тональность, как вы понимаете, должна быть позитивной.
Вообще, повторюсь еще раз, большое заблуждение думать, что убедительно-позитивный копирайтинг – это хи-хи, ха-ха или «ой, смотрите, розовые человечки, единорожек тучку ест». Да, часть текстов от такого выиграет, но часто позитив выражается только в общем эмоциональном фоне.
Некоторые тексты могут быть вовсе не забавными, веселыми, ироничными или смешными. Часть тематик для этого просто не предназначена (попробуйте рассказать так о ритуальных услугах, например). Но даже в таких текстах должен чувствоваться позитив за счет использования приемов, ассоциаций, сравнений, оформления, прайминга и так далее.
Идем дальше. Нас ждет эффект домысливания в прайминге.
Вспомните детские журналы. Припоминаете такие интересные задачки, когда по пунктирам или цифрам нужно было дорисовать животное или предмет? То есть имеется какой-то общий образ, но пока неясный, и задача ребенка – сделать из пунктиров готовый рисунок.
Вот, скажем, жираф. Видим ли мы его полностью? Нет. Видим только пунктиры или цифры. Очертания жирафа. Но рисуем ли мы его в итоге? Да.