Корея Южная и Северная. Полная история

Вырезание досок для каждой книги было весьма трудоемким делом. Уже в первой половине XII века в Корё стали использовать наборный деревянный шрифт, а через сто лет заменили его деревянным. Корейцы, или, если точнее — корёсцы первыми в мире изобрели наборный шрифт. На Западе это произошло тремя веками позже — немец Иоганн Гутенберг предложил использовать для набора текста отдельные металлические буквы в 1445 году. В 1392 году правителем Конъяном было учреждено особое ведомство, которое занималось отливкой шрифтов и печатанием книг.

Один из томов «Пхальман тэчжангён»

Бумагу в Корё делали разную — от недорогой, предназначенной для записей «на скорую руку», до элитных сортов, слабо поддававшихся действию времени. Есть такой «лайфхак», позволяющий узнать, какими товарами славилось то или иное государство в X–XIII веках. Нужно посмотреть, какую дань брали с этого государства монголы, которые всегда выбирали самое лучшее и самое ценное. В списках дани, которую должны были платить корёсцы, фигурируют бумага, тушь и кисти[54].

Самой известной разновидностью бумаги, традиционно изготовляемой в корейских государствах, является бумага под названием хэнчжи, которая делается из тутового дерева. Хэнчжи — универсальная бумага, она годится и для письма, и для окон, и даже для… доспехов. Да — для доспехов, которые за неимением лучшего материала делались в старину из многих слоев бумаги, проклеенных особым густым клеем, главным компонентом которого была древесная смола. Разумеется, от прямого удара боевым мечом такие доспехи защитить не могли, но кинжалы и стрелы в них застревали.

В научно-технической сфере Корё лидировало в двух направлениях (речь идет о лидерстве в Восточно-Азиатском регионе) — кораблестроении и астрономии. Корабли строились самые разные — от небольших лодок до тридцати-сорокаметровых гигантов (по меркам того времени это действительно были огромные корабли). Что же касается астрономии, то ее развитие было обусловлено интересом к астрологии. В первую очередь по небесным светилам пытались толковать волю Неба, указания высших сил. Попутно учились ориентироваться по звездам и связывать с ними летоисчисление. В 1343 году Кан Бо, придворный астроном Чхунхе-вана, составил справочник по определению дат календаря по звёздам. Жаль только, что Чхунхе, прославившийся жестокостью и распутством, не оценил труд Кан Бо по достоинству. В те времена развитие астрономии шло рука об руку с развитием картографии, ведь чем лучше люди умели ориентироваться по звездам, тем дальше они заходили в своих путешествиях и тем более подробные карты составляли. В Корё были созданы подробные и правильные карты страны, которые использовались вплоть до первой половины XVI века. Купцы, побывавшие в дальних странах, составляли карты для собственных нужд. Так в Корё появились довольно неплохие карты Индии (речь идет о картах, составленных корейцами, а не индусами или китайцами).

О повышенном интересе к истории можно было бы и не упоминать особо, поскольку во всех «прокитайских» цивилизациях он присутствовал всегда. Как и в китайских империях, в Корё историография была государственным делом. Историки находились на службе у государства и составляли свои хроники по поручению правительства. С одной стороны, это было хорошо, поскольку государственное попечение давало историкам возможность работать обстоятельно, не думая о завтрашнем рисе[55]. С другой стороны, все корейские хроники в той или иной степени политизированы и потому не всегда объективны. Читая любую хронику, нужно соотносить написанное со временем его создания. Но в целом, конечно же, корейские хроники довольно достоверны и по ним можно составить правильное впечатление о делах давно минувших дней.

Президентский архив Республики Корея в городе Седжон — преемник Чхунчхугвана

Ведомства, занимавшиеся историографией, существовали еще в Трех корейских государствах. В Корё это ведомство несколько раз меняло свое название, пока не закрепилось ставшее традиционным Чхунчхугван[56]. О важности Чхунчхугвана свидетельствует то, что это ведомство находилось в ведении первого министра, так и права, которыми обладали его служащие. Чиновник-историк мог бывать повсюду и требовать у любых учреждений любые документы. Весьма продуманным было размещение архивных хранилищ, в которых находились копии исторических трудов. Эти хранилища намеренно располагались на большом расстоянии друг от друга, чтобы какой-нибудь пожар (а пожары в старых корейских городах, выстроенных из дерева, были частым явлением) не оставил бы государство без истории. Временами Чхунчхугван объединялся с Емунгван — Ведомством по составлению бумаг правления, и тогда его называли «Емун Чхунчхугван». Объединение историографии с государственным делопроизводством выглядело весьма гармонично.